Kitobni o'qish: «Измена. Мы (не) твоя семья»

Shrift:

Пролог

Милена

Просыпаюсь от ощущения горячей дорожки поцелуев по коже. Они стекают от виска, по скуле и пробегают легким шелестом по шее вниз к груди. Невольно выгибаюсь навстречу ласкам любимого и зажмуриваюсь.

– С днем рождения, Рыжик, – говорит муж, смешивая шепот с поцелуями.

Одеяло отброшено в сторону, его руки под моим пижамным топом касаются нежной кожи.

– Прости, вчера задержался на работе допоздна. Не хотел тебя будить. А теперь хочу, – с улыбкой в голосе.

– Миша, мне нужно на работу. Меня возненавидит директор и завуч, если я опоздаю. Сегодня открытый урок, – говорю ему.

Гуров целует мой живот, оттянув резинку шорт. Рисует дорожки языком все ниже и ниже. Мой пульс взрывается под кожей. Я дышу часто, плоть сжимается от желания, а движения сильных мужских рук становятся настойчивее.

Он ложится на меня сверху, подминает под себя и разводит бедра в сторону.

– Миша, у меня задержка, – говорю, впиваясь руками в широкие плечи мужа.

– Рыжик, девочка моя… Я очень хочу, чтобы ты забеременела. Я тебя обожаю, – хрипло, глотая воздух, отвечает муж.

Он поднимает меня с постели, кружит на руках, заставляя пищать и просить поставить на пол.

Воздух выбивает из легких, когда понимаю, что наконец-то смогу стать мамой несмотря на все диагнозы. Хочу получить желанный подарок на свой день рождения. И Миша тоже хочет сына.

Нехотя, он ставит меня на мягкий ковер.

Опускаю глаза вниз и краснею.

– Может, пошлем всех к черту, Мил?

Гуров голый. Я люблю каждую его клеточку, каждый сантиметр подтянутого мощного тела. Играю пальчиками по его плечам, касаясь черной татуировки на лопатке.

Муж натягивает домашние брюки и идет в гардероб нашей комнаты.

Как факир, достает из неоткуда невероятный букет ярко-красных роз. Букет такой огромный, что даже высокий и мускулистый мужчина несет его с трудом.

Он встает передо мной, опускает охапку цветов к ногам. Поднимается и целует меня.

– С днем рождения, Рыжик, – шепчет снова. – У меня для тебя есть еще один сюрприз, но это вечером.

– После работы я еду к врачу, Миш, – улыбаюсь ему.

Искры счастья озаряют глаза мужа.

И снова он становится задумчивым, выпустив меня из объятий.

Дзынь… Дзынь…

Он машинально хватает свой телефон со тумбочки, но сообщения приходят мне.

– Кто тебе пишет? – спрашивает.

– Не ревнуй, это ученики и родители поздравляют.

Мой телефон с самого утра разрывается от сообщений. Их много, просто невероятное количество. Вот такой отзывчивый мой новый класс. Я беру в руки телефон читаю сообщения в чате с учениками. Улыбаюсь, они такие милые.

– Милена Владимировна! Мы с ребятами поздравляем вас с днем рождения! Желаем вам счастья, много денег, и чтобы муж вас любил! – чеканит бойкий староста Тимофей Мальцев.

Поздравления вперемешку с вопросами по поводу открытого урока занимают все время.

Михаил качает головой, застав меня за чтением переписки. Он принял душ. Свежая сорочка шуршит, когда он надевает ее.

Подходит и целует мою шею, вдавив в каменный торс.

– Пятиклашки, Милена! Мне не нравится твоя работа. Ты все время занята только школой! Каждый день, с утра до ночи, – раздраженно говорит Гуров, рассматривая что-то в своем телефоне.

– Не злись, Миша. Я люблю детей, люблю нашу гимназию. И так только сегодня, – улыбаюсь ему.

Михаил Гуров мой муж, бизнесмен и самый любимый мужчина, без которого я дышать не могу. Его мнение для меня важно, но я никогда не хотела осесть дома, остаться безработной содержанкой при богатом муже.

– Я был против того, чтобы ты работала. По-моему, я довольно хорошо обеспечиваю нашу семью, – хмыкает недовольно.

Снова его телефон вибрирует. Он хватает его, отпуская меня.

Я понимаю, что муж раздражается не из-за моей работы, а из-за того, что кто-то пишет ему сообщения в семь утра.

Он сам не свой, несколько дней мысли мужа где-то далеко, словно не со мной.

Я думала, что дело в его работе, проблемы в бизнесе не редкость. Пыталась поговорить с Мишей, но мой муж кремень, не дает волю слабости и не впадает в уныние. А тут…

Телефон Гурова неожиданно с грохотом опускается на тумбочку. Экраном вниз. Я ловлю его движение и думаю, что он раньше не переворачивал экран, не ставил пароли.

Легкий холодок ползет по спине.

Гуров подходит ко мне, сжимает в объятиях и целует в губы.

– Я хочу поехать с тобой, Мил. Но не знаю, получится ли. Много дел, навалилось, – вдруг произносит Михаил.

– Я поеду к врачу сама. Не страшно, – пожимаю плечами.

– Если ты беременна – то из школы уходишь. Для меня важно твое здоровье и здоровье малыша, а не тетрадки и то, как 5 «А» знает Present Perfect. До вечера, Рыжик, – твердо говорит Гуров и уходит, попрощавшись.

– До вечера, – закусив губы, говорю мужу.

Дзынь… Дзынь…

Снова звуки сообщений доносятся из динамика.

Я перечитываю их бегло, но успеваю рассмотреть пестрые гифки, поздравительные яркие открытки. Есть даже видео среди череды сообщений от родителей.

Палец зависает над экраном. Видео не похоже на другие, с поздравлениями. Оно без подписи, темная картинка показывает силуэт мужчины. Я нажимаю на плей и вижу спину своего мужа с фигурной татуировкой тигра. Только у Гурова такая.

Он по пояс голый в темной комнате. Света мало. Шторы цвета королевского синего оттенка выдают интерьер спальни, больше похожей на пошлый будуар.

Перед ним на коленях стоит женщина, ее лица не видно, но видно пряди светлых волос.

Она без одежды, тяжелая грудь покачивается, когда она седлает моего мужа.

Глотаю ком, замерев в ужасе.

Первой реагирует глава родительского комитета Татьяна Алексеевна.

– Родители!!! Вы в своем уме?! Кто скинул порно-видео в школьный чат? – негодует бдительная родительница.

Видео исчезает тут же.

Его нет в мессенджере.

Но оно торчит клинком у меня в груди, прокручивается в сознании, заставляя стонать от боли.

Слезы катятся из глаз.

Татуировку мужа я узнаю из тысячи. Миша вчера был в той же рубашке, что и на съемке.

Пришел домой поздно и… соврал.

Еще страшнее то, что в чате нашего класса нет случайных людей.

Сердце пропускает удар.

Номер я запомнила, удается быстро найти его в списке участников чата. Я увеличиваю фото и смотрю на блондинку. Я ее знаю. Это мама моей новой ученицы….

Глава 1

Милена

Муж изменил мне с Дашей, матерью моей новой ученицы Аси Блиновской…

В голове туман. Неверие сменяется дикой, невыносимой болью. Словно крылья сломали и об землю ударили.

Ночью он был у нее, а мне сказал, что задержался на работе.

Все еще думаю, что это злая шутка. Не может мой муж быть двуличным, мерзким предателем! Заниматься жарким сексом с Дашей на камеру, а утром покрывать всю меня поцелуями, говорить о любви…

Еду в машине, притормаживая на светофоре, и снова думаю о них.

Я набираю номер мужа, но телефон Гурова не отвечает. Гудки набатом стучат в ушах. Он на совещании должен быть. Но я уже не верю его словам.

Выдохнув, понимаю, что так даже лучше.

По телефону ничего не выяснить. Вместо праздничного ужина с любимым вечером будет тяжелый неизбежный разговор.

Видео исчезло, но шум в родительском чате всколыхнулся и до сих пор активистки возмущаются, что порно попало сюда.

– Милена Владимировна! Проконтролируйте, пожалуйста! Видео могут скинуть и детям! – пишет мне в личку одна из мамочек.

– Хорошо, я разберусь, – с трудом дается каждая буква.

Захожу в чат и рассматриваю контакт Дарьи, мамы новенькой Аси.

Ася не самая старательная ученица, она перевелась в мой класс первого сентября.

«По семейным обстоятельствам переехали из другого города», – так сказала мне Дарья при личной беседе.

Директор просила меня обратить внимание на девочку Асю. А вот ее мама с первых дней атаковала меня жалобами и претензиями.

– Вы не педагог! Вы плохо следите за Асей! Я нас вас буду жаловаться, если у моей дочери снизится успеваемость! – говорила мне Даша.

– Я не нянька для Аси. Я учитель-предметник и классный руководитель вашей дочери. С английским у нее действительно не все в порядке. Могу помогать ей, объяснять темы, которые не понятны. Но бегать и договариваться о хороших оценках для Аси с другими учителями я точно не буду! – возразила ей.

– Подыскивайте новую школу, раз так, – с вызовом бросила Даша.

Таким было наше последнее общение три дня назад.

Теперь все встало на свои места.

Телефон Даши тоже не отвечает. Мобильный виновницы переполоха в чате просто выключен, срабатывает автоответчик.

Я смотрю на ее фото ненавидящим взглядом, все внутри кипит от откровенного вида Дарьи. Яркая блондинка с длинными наращенными волосами сидит на ступеньках в обтягивающей белой кофточке и узких джинсах. На ней нет лифчика, полная грудь выпирает острыми сосками.

Она раскованная, сексуальная, не замужем.

И она спит с моим мужем.

Я никогда не слышала об отце Аси. Но есть свидетельство о рождении, на которое я не обратила внимания.

Догадки, одна другой страшнее, парализуют сознание.

На негнущихся ногах я захожу в школу, иду в свой кабинет. И тут меня ждет завуч.

– Милена Владимировна, можно вас на минуточку! – дергает за руку, не давая войти.

– Добрый день. Что-то случилось, Мария Ивановна?

– Что-то?! Вы совсем уже? Можно свое грязное белье не выносить в школьный чат?

Я дергаюсь, как от удара током. Ужас сковывает. Видео, которое висело минуту, оказывается, все смотрели! И лицо моего мужа тоже засветилось.

От стыда заливаюсь пунцовой краской.

– Я вас не понимаю, – мотаю головой.

– У нас элитная гимназия! А вы с любовницей мужа разборки устроили в школьном чате, у всех на виду. Немедленно прекратите, вы же взрослая женщина!

– Я ничего не устраивала! Не пойму, о чем вы и почему кричите на меня! – повышаю голос.

Доказательство измены Дарья отправила в чат, чтобы опозорить меня и дать понять: моего мужа она не отдаст просто так…

Мария Ивановна отпускает меня, позволяя войти в кабинет.

Первый урок у седьмого класса. Тело ватное, мысли гуляют в голове, но я стараюсь собраться.

Потом второй урок у десятого класса.

Его я тоже провела, но лучше мне не стало.

Ученики и родители из род.комитетов поздравляют меня, присылают сообщения и приходят с цветами.

Улыбаюсь и принимаю подарки, но настроение мое убито утренним инцидентом.

На большой перемене ко мне в кабинет приходит мой 5 «А». У нас открытый урок, к которому я готовилась. Не могу ударить в грязь лицом, и гоню от себя переживания из-за измены мужа.

Я должна быть сильной. Должна унять боль и выяснить все с мужем.

Первой в пустой класс заходит Ася Блиновская.

Ученица садится напротив моего стола и улыбается ехидно.

Мне кажется, что она нарочно провоцирует меня.

Ученики заполняют класс, а Ася, подперев голову обеими руками, смотрит на меня.

– Ася, ты что-то хотела? – сдерживаюсь, чтобы не дать волю чувствам при детях.

– С Днем рождения, Милена Владимировна! А ваш муж мой папа. И он будет жить с нами, а вас бросит, – улыбается нагло моя ученица.

Каменею от каждого слова. Что мелкая девчонка себе позволяет?!

– Что ты сказала? – я окидываю взглядом класс.

Ася говорит довольно громко, дети могут услышать нашу недетскую беседу.

– Отпустите моего папу! Он вас не любит! Вы некрасивая, просто ужасная! Моя мама в сто раз лучше! – смело задрав острый подбородок, говорит мне девочка двенадцати лет....

****

Ася похожа на свою мать: белые волосы, уверенный взгляд и недетские манеры.

Такая же акула, как и ее мама Даша.

И ничего от сурового лица Гурова.

Нет Мишиного серого нордического взгляда, ни одной его черточки в миловидном лице взбалмошной девчонки.

Рассматриваю ее, сомневаясь, его ли дочка передо мной?

Я всегда относилась терпеливо к разным выходкам. Но сейчас слова опаляют горло, просятся наружу.

Я впервые готова наорать на чужого ребенка.

– Ася, прекрати! С тобой на такие темы я точно не стану беседовать! Пусть твоя мама перезвонит мне. Ей нужно явиться к завучу, – со ржавчиной в голосе говорю девчонке.

Срочно ее осаживаю, так как до начала открытого урока остаются считанные секунды.

Ася встает со своего места и подходит ко мне.

Гордо заявляет:

– Мама вместе с моим папой. А вчера он ночевал у нас! Он вас не любит, он любит мою маму!

– Сядь на место! Иначе я отведу тебя к директору! – рычу, едва контролируя себя.

Мне уже безразлично, что мой класс услышит.

В этот момент дверь открывается и в класс входит комиссия, которая будет на открытом уроке.

Ася издает истошный крик и падает возле меня.

Она кричит так, что детский гомон в классе затихает.

– Ай! Ай! Она меня ударила! У-дар-рила! – навзрыд плачет и кричит Ася, корчась на полу у моих ног.

Комиссия во главе с МарьИванной смотрит на орущую провокаторшу.

– Милена Владимировна! Что это?! Вы что, ударили ученицу?! – восклицает завуч.

Комиссия в ступоре, а в шоковом состоянии мотаю головой.

– Нет, нет! Она сама упала!

– Она ненавидит меня, она у меня папу забрала! – рыдает актриса, стеная на полу.

Ее поднимают дети. Члены комиссии возмущаются, зовут медсестру, чтобы Асю привели в чувства.

Мария Ивановна хватает меня за локоть и отводит в сторону.

– Я лично сделаю так, чтобы вы здесь не работали! И ваш муж ничем вам не поможет! Вы не педагог, раз напали на безвинного ребенка!

Она невзлюбила меня из-за Гурова с самого начала.

Сейчас звездный час МарьИванны – она нашла на меня железный компромат.

– В классе камеры! Все видно. Я сейчас же сама пойдут к Галине Даниловне, – угрожаю визитом к директору.

– Мама! Ма-а-ма! – плачет Ася.

Мария Ивановна хватается за мобильный, оказывается номер Дарьи у нее сохранен в контактах.

– Телефон матери не отвечает. Есть номер папы, Ася? – спрашивает у нее завуч.

Девочка сидит на стуле и кивает.

– Как его зовут?

– Гуров Михаил Александрович. Он дал мне визитку и сказал, чтобы я звонила ему. Папочка меня любит! – всхлипывая, говорит хамка.

Я цепенею. Из рюкзака она достает визитку моего мужа и протягивает МарьИванне.

– Сейчас разберемся, – завуч бросает на меня презрительный взгляд.

Я готова провалиться от стыда сквозь землю.

У моего мужа есть внебрачная дочь, о которой я не знала. А еще он спит с ее мамашей.

Спазмом скручивает грудь, я не могу дышать, но держусь.

Внутренне молюсь: «Миша, скажи, что это ошибка! Спаси нас, спаси нашу семью!»

– Нда, – холодно говорит Гуров в трубку.

Мария Ивановна стоит рядом, я отчетливо слышу голос любимого мужа.

– Михаил Александрович, вашей дочери плохо. Это из школы, – не отрывая взгляда от меня.

– Я занят. Позвоните Дарье, – спокойно выдает муж.

– Но у нее телефон выключен.

– Странно, она только что была у меня в офисе. Говорите, что случилось с Асей? – спрашивает предатель….

Глава 2

Милена

Равнодушие Гурова провоцирует странную реакцию у завуча. Мария Ивановна отчитывает моего мужа, невзирая на его статус, деньги.

– Михаил Александрович, вашей Асе плохо! У нас здесь инцидент произошел с ее классным руководителем. – Знаете, уважаемая Мария Ивановна, воспитанием Аси занимается ее мать. Я не свободен, чтобы ездить в школу по каждому вызову. Кто ее классная? – спрашивает Гуров безразличным тоном.

МарьИванна расцветает.

– Как кто?! Ваша жена. Милена Владимировна напала на вашу дочку, – произносит Мария Ивановна, на ее лице играет открытая улыбка.

Миша молчит на том конце. Я не слышу его ответа, но повисает пауза. Тяжелая. До хрипоты хочется кричать.

Неужели, он не знал, что его дочь у меня учится?

Тут голос подает Ася. Она встает с места, тычет свой мобильный под нос завучу и со слезами говорит, что мама написала ей сообщение из больницы.

–Мама в больнице! Что мне делать?! Она умрет! – отчаянно рыдает девочка.

Я в полном замешательстве, МарьИванна тоже не знает, что делает. Но при учениках такое продолжаться не может, дети и так стоят по струнке около парт.

– Так, ребята, садитесь, читайте предыдущую тему. Сейчас к вам придет другой учитель, – дает отмашку моему 5 «А».

Она берет Асю за руку и машет мне, чтобы я вышла вместе с ними.

– Алло, Мария Ивановна! Мне некогда висеть на телефонной трубке! – рычит из динамика Гуров.

МарьИванна заводит Асю и меня в ближайший пустой класс. Она вынуждена все рассказать моему мужу, ведь он отец девочки.

– Ваша… – осекается намеренно. – Дарья Петровна в больнице, я ничего не пойму. Вам стоит разобраться.

– Милена рядом?! – повышает тон Гуров. – Мария Ивановна, моя жена ничего не должна знать. Ребенка заберут, а с Дарьей я все выясню, – говорит муж, не зная, что я уже в курсе.

Мороз пробегает по позвонкам.

Я ничего не понимаю. Как Миша пытался скрыть все? Где был ночью?

– Ваш муж на стороне дочки, слышали? – улыбается завуч, вырывая меня из эмоционального вакуума.

Разворачиваюсь к ней и ловлю улыбочку на заплаканном лице Аси.

– Я слышала только то, что вы на стороне Аси и ее мамы. И по этому поводу мы разберемся. Я просто так ваше поведение не оставлю, – говорю ей и ухожу.

МарьИванна бежит следом и говорит что-то о том, что разбираться будут со мной. Припоминает нападение на ученицу и то, что урок сорван.

Я иду к директору, но мысли только о муже.

Ком в горле стоит, горечь растекается по венам. Мне больно от непонимания, от лжи. Мы с мужем всегда говорили друг другу правду.

Пять лет мы живем вместе. А сколько он встречается с мамой Аси?

Директор понимающе говорит, что будет во всем разбираться.

–Запись с камер уже запрошена, – кивает.

Камеры в классе были включены в момент, когда мелкая дрянная девчонка решила меня подставить.

– Спасибо! Я хотела отпроситься к врачу. Мне нездоровиться.

– Идите, Милена Владимировна. У вас ведь сегодня праздник, – говорит Галина Даниловна.

От праздника не осталось и следа.

Я в противоречивых чувствах сажусь за руль. Вижу, как на парковке у школы тормозит огромный внедорожник.

– Гуров приехал за дочкой? – проносится в голове.

По телефону его голос звучал так безразлично, что я думала, он пошлет МарьИванну. Но нет. Мой муж очень хотел иметь детей.

И теперь дочка для него – на вес золота.

Ведь врачи поставили Гурова страшный диагноз – мой муж бесплоден после аварии.

Вот только я уверенна, что это не приговор. Моя задержка говорит о том, что лечение дало результаты.

В больнице я ставлю телефон на беззвучный. Муж мне звонил уже раз сто, но я не хочу с ним сейчас общаться.

Выдыхаю.

– Мила, все будет дома. А сейчас ты должна думать о своем здоровье.

Моя гинеколог с радостью расспрашивает, как мое самочувствие.

– Скажите, доктор, а может быть так, что у моего мужа больше не получится стать отцом? – перебиваю ее.

Елена Юрьевна снимает очки и смотрит на меня. Улыбается.

– Миленочка, ваш муж относится к тому типу мужчин, которые даже под страхом смерти не идут к врачу. Михаил Александрович крупный бизнесмен, сильный, волевой мужчина. Эта дисфункция его организма после травмы очень давит на него, как я думаю. Но это не приговор, – вторит моим словам.

Она приглашает меня на осмотр и УЗИ.

– Сейчас мы развеем мифы о том, что у вас не может быть наследника.

Со слезами, которые стоят у горла, я смотрю на монитор.

На черном фоне маленькая точка.

– Это ваш малыш. Вы беременны. И никакой речи о бесплодии Гурова нет. Сообщите ему радостную новость?

Я застываю на минуту. С умилением смотрю на крохотную горошину, плод нашей любви.

– Я вчера сделала тест. Но думала, что он ошибочный, – чуть не плачу.

Я разуверилась в том, что стану мамой.

Гуров ненавидит себя за то, что не может дать мне радость материнства.

Я не собиралась расставаться, потому что любила мужа.

– Не говорите Михаилу Александровичу. Я не уверена, что буду рожать, – убиваю одной фразой Елену Юрьевну.

– Как скажете, – мямлит женщина, не понимая меня.

После больницы настроение было самое противоречивое.

Я узнала, что наконец-то забеременела.

Но у мужа уже есть ребенок, и Гуров, кажется, совсем неравнодушен к матери своей дочки.

Сажусь в машину и устало закрываю глаза.

Круги бегут от волнения.

Нужно включить телефон, но руки повисают плетьми.

Первый звонок от Гурова. Он не просто взбешен, Миша напуган.

– Мила, где ты? Почему телефон выключен? Я звонил, но ты игнорируешь! – нервно вибрирует его густой бас.

– Я была занята, – равнодушный ответ, хотя кричать хочется.

– Что значит, занята была?! Я сейчас приеду! Где ты? Называй адрес! – рыкает грозно, пугая и надавливая.

Так только он может. Сильный, властный. Привык брать то, что захочет. Но со мной так не выйдет.

– Я буду ждать тебя дома, Миша. Нам нужно поговорить, – ледяным тоном охлаждаю его пыл.

– Скоро буду, – бросает в ответ неверный муж....

Глава 3

Милена

Домой я возвращаюсь раньше мужа. Скинув туфли в прихожей, спешу сразу же в ванную.

Хочу смыть сегодняшний день, стереть липкий, неприятный осадок.

Ужасный подарок приготовила соперница мне на день рождения. Даша разбила мою семью, нагло влезла в мой брак.

Но все равно я хотела поговорить с Гуровым. Мне нужно разобраться, услышать, что скажет он, ведь видео было секундное, плохого качества…

Бросаю взгляд на мусорную корзинку, в которой одиноко лежит коробочка из-под теста. Молниеносно выхватываю ее из пустой корзины и прячу в карман халата.

Захожу в душ, намыливаю мочалку и вбиваю пену в кожу.

Боль в душе не смыть ничем, не унять.

Перед глазами кадры, как Даша стоит на коленях возле Гурова. Потом черный экран, и она на нем, сверху, крутит бедрами восьмерки. Насаживается яростно на член моего мужа.

Закрываю глаза, чтобы не плакать.

Слезы не помогут. Но в груди зияет открытая рана, будто сердце достали и безжалостно растоптали.

Я люблю Мишу, и себя без него не представляю. Он въелся под кожу, каждая ночь с ним – это яркий фейерверк эмоций. Секс потрясающий, страстный, горячий. Но, оказывается с другой муж тоже страстный и ненасытный…

Из зеркала на меня смотрит бледная копия той Милы, которой я была еще вчера.

От праздничного настроения нет и следа. Только тест в кармашке халата греет.

Я ведь так хотела стать мамой, сделать сюрприз для любимого. Но у него уже есть дочка, и глупый диагноз, что он не может больше быть отцом…

Выхожу из ванной и едва не падаю, споткнувшись о чьи-то лодочки. Я удивилась, увидев в прихожей чужую обувь. Рядом стоят детские ботинки с яркими шнурками на массивной подошве.

– Милена! Иди-ка сюда! – кричит Анна Васильевна из гостиной.

Вместо праздника ко мне домой явилась свекровь и сделала незабываемый сюрприз.

Она привела к нам Асю и с порога напала на меня.

Прохожу в гостиную. Так и есть.

На диване сидит Ася в куртке, с большим рюкзаком. А рядом стоит Анна Васильевна и гладит руку девочки.

– Как ты вырядилась?! Прикройся, Мила, у вас гости! – говорит свекровь, брезгливо глядя на легкий кружевной халатик.

Я едва успеваю запахнуть халат, как Ася встает с места и упирает руки в бока.

– Милена, быстро накрой на стол. Шевелись. Ребенок голодный! – ворчит Анна Васильевна, не давая и рта открыть.

– Я не поняла, почему вы пришли без спроса? И что Ася делает в моем доме? – сдерживаясь, спрашиваю у матери мужа.

– Я пришла к своему папе! Ты здесь никто! – не по-детски нагло говорит моя новая ученица Ася.

Кровь в венах закипает.

Я видела Асю в школе, но чтобы она так себя вела!

– Я тебе не подружка, чтобы так со мной разговаривала! – быстро осаживаю мелкую хамку.

Ася густо покрывается пунцовым румянцем.

Девочка не привыкла, чтобы ее ставили на место. Но с собой я так не позволю.

– Ася, веди себя хорошо. Милена, моя внучка будет жить у вас. Накорми ребенка! – хозяйничает свекровь.

– Я не нянька и не повар. Есть идите в кафе или к себе домой, – говорю Анне Васильевне.

Свекровь всегда была от меня не в восторге.

Но Ася – недостающее звено, которое сама судьба дала ей в руки.

Теперь она будет делать все, чтобы убрать неугодную невестку и приютить внучку.

Ася располагается в моем доме, как будто всегда здесь жила. Девочка уверенно садится на диван, бросает свой рюкзак на пол и требует дать ей попить.

– Сейчас, моя хорошая! Милена, что ты стоишь?! Моя внучка хочет пить! – ворчит, повторяя моя свекровь.

– Не командуйте, вы не у себя дома. Почему Ася у нас? У нее нет других родственников? И где доказательства, что она дочка Миши? – упираю руки в бока.

– Доказательства тебе нужны?! Какая ты черствая! Мама Аси в больнице. Ее оставляют там на неопределенный срок. Куда, прикажешь, отдать ребенка? Она будет жить здесь, пока Миша не сделает тест на отцовство. Ты просто не мать, поэтому тебе и не понятно, Мила!

В этот момент дверь открывается и в холл выходит Миша.

На нем нет лица, он мрачный, глаза цвета грозового неба сразу же впиваются в меня. Потом он видит Анну Васильевну и Асю.

– Сынок! Ну, что же ты так долго? Есть новости о Дашеньке? – выдает Анна Васильевна.

Ася подрывается с места и подбегает к Гурову. Она обнимает его, прижимается насколько хватает роста.

Хлопает своими лисьими глазками.

– Папочка, а у нас будет такой же красивый дом? Мама скоро переедет к нам? – улыбается маленькая нахалка.

****

– Папа, а когда я увижу маму? Она тоже будет жить здесь? – спрашивает Ася так, будто меня нет.

Муж смотрит на меня, не отводя взгляда. Я поеживаюсь. Знаю, за что он злится. Но сейчас его ревность не поможет.

– Папа, ты поедешь к маме?! – сделав бровки домиком, дергает Гурова за рукав сама невинность Ася.

– Мила, где ты была? Почему не поднимала трубку? – спрашивает муж, не замечая Асю.

Моя ученица из кожи вон лезет, чтобы привлечь внимание Гурова.

– Миша, как там Даша? Ты был в больнице? – влезает Анна Васильевна.

– Нет, у меня была встреча. Не думаю, что все настолько серьезно, как говорит Даша, – отрывисто чеканит Гуров.

Он скидывает пиджак, собираясь пройти в комнату. Но маленькие пальцы, как клещ, впиваются в руку.

– То есть мама здорова? Но она же мне сказала, что болеет! Мы тебе не нужны! Ты плохой! – тут же заходится в истерике.

– Ася, успокойся! Я не могу поговорить с врачом мамы, он занят! Прекрати плакать. Ты сейчас поедешь к бабушке.

Анна Васильевна, как лакмусовая бумажка, сразу же принимает сторону Аси.

– Миша, у меня нет условий для ребенка! Что ты такое говоришь?! – задыхаясь, перечит бабушка.

– Вы зря приехали. Ася поедет домой, – выходит из себя Гуров.

Я чувствую себя лишней.

Под строгим взглядом мужа готова сгореть дотла. Он окликает меня.

– Разбирайтесь здесь сами. Я лучше поеду к маме, – говорю ему.

– Начинается! Милена вечно тянет одеяло на себя! – ворчит свекровь. – Моя внучка будет жить здесь! Если тебе, Мила, что-то не нравится – иди на улицу!

– Нет. Мы решим вопрос с Асей, – формально выдает муж.

Нет в его голосе теплоты, любви к дочке.

Но она есть.

И есть Анна Васильевна, а еще у Гурова разрывается мобильный.

– Да! – рявкает в трубку, отходя на несколько шагов от нас.

На том конце провода тянутся какие-то слова.

– Насколько тяжелое состояние?

Снова бормотание, и ничего не ясно.

– Ладно, я приеду. Но у меня нет времени кататься туда-сюда! Что нужно, говорите сразу! – раздраженно бросает.

Ася смотрит на меня победно, с вызовом.

Таким взглядом не может смотреть маленький ребенок.

– Видишь, Даше нужна помощь! – говорит с укором, едва не пригрозив пальчиком, свекровь.

Ад наяву.

Я не могу дышать.

Эмоции давят так, что мне становится плохо.

– Я не буду это терпеть, – говорю Анне.

– Потерпишь, ничего! – улыбается Анна Васильевна. – Так что, Асенок, располагайся. Там есть вкусняшки в холодильнике.

Свекровь берет Асю за руку и проводит в кухню.

– Я очень голодная, – блеет Ася, как бедная овечка.

Но овечка в волчьей шкуре.

Я ухожу в комнату. Собираю всю себя по частям, быстро поднимаюсь наверх.

Я не хотела бежать, но и здесь оставаться выше моих сил.

День рождения испорчен, в моем доме хозяйничает свекровь и внебрачная дочка мужа.

Быстро скидываю халат и натягиваю джинсы, ищу водолазку, но не могу найти.

Следом за мной наверх поднимается Гуров.

– Мила, стой. Ты куда собралась? – цепенею от одного тона.

Стою в бюстье и джинсах перед ним.

Волосы влажные после душа, а на глазах горят слезы.

– Я еду к маме, я же сказала, – ледяным голосом заявляю мужу.

Он в два шага оказывается возле меня.

Берет в крепкий плен объятий, без спроса сжимает мое тело в руках. Кровь стынет в жилах, а сердце громко барабанит в ушах.

– Миша, это твоя дочка? Все, что наговорила твоя мать, правда? Как долго ты собирался скрывать свою вторую семью? – упираюсь глазами в горящий взгляд Гурова.

– Это просто ребенок, у меня нет никакой второй семьи. Она здесь временно, не переживай. Раздевайся, – желваки играют на скулах.

Муж наклоняется ко мне за поцелуем. Оттягивает кружево бюстье вниз, касается губами острых сосков, лаская их.

Но мне неприятно. Все внутри меня протестует.

Кровь приливает к ладоням. Толкаю мужа в стальную грудь, но он прижимает еще сильнее к своему торсу.

Я быстро одеваюсь, а муж стоит сзади меня.

– Рыжик, я не отпущу тебя. Сейчас я поеду в больницу и выясню, что с Дашей. Если с ней все в порядке, то Ася поедет домой.

Я упираюсь в его лицо взглядом. Рассматриваю любимые черты, не веря, что передо мной предатель.

– Миш, скажи, как давно ты знаешь о ней? – сверлю его глазами.

– Несколько дней. Даша сама меня нашла, – выдыхает муж. – Я не знал, что Ася учится в твоем классе. Даша… она когда-то работала в филиале моей фирме. Я уволил ее, несколько месяцев назад она переехала сюда. Но между нами все в прошлом.

– А сколько лет ты ездил в ваш гребаный филиал и трахался там с Дашей, скажи?

Мои губы дрожат.

Глотаю воздух, бьюсь в бессильной истерике. От боли щемит в груди.

Как он мог мне врать?!

– Ты ведь ночевал у них вчера. Миша, скажи мне правду! – требую.

– Я был у них, но ночевал.

Видео с изменой заставляет думать иначе.

– Даша прислала в школьный чат видео, где ты ее жестко трахаешь! Ты мне изменил! Ты меня предал! – стону, уворачиваясь от лжеца.

– Не было никакой измены. Ты все не так поняла! Я разберусь, когда она придет в себя. Раздевайся. Никуда ты не поедешь, – рыкает на меня муж.

Гуров неистово целует меня.

Отыскав мои губы, впивается в них, силой хочет заставить меня остаться.

– Ты врал мне, Гуров! Это не любовь! Я не буду терпеть твою измену и твою дочку от любовницы тоже.