Вика нерешительно остановилась возле входной двери собственной квартиры и вздохнула. Домой не хотелось. После неожиданного ухода мужа Дениса яркая, бившая ключом жизнь превратилась в унылые, второсортные будни. Перспектива просидеть все выходные в одиночестве пугала девушку до дрожи. Надо будет подругу Наташку в гости пригласить, давно не виделись.
Вика вставила ключ в замочную скважину и провернула его на два оборота. Дрожащими руками. Дрожащими, потому что нервничала. Вдруг ОН уже дома? Сидит на табуретке, ждёт её возвращения, ногами беспокойно сучит, к серьёзному разговору готовится, а стеклянные глаза в морозилку положил, чтоб ледяными стали. Никогда не знаешь, какое у НЕГО настроение, какие мысли. Достанет льдинки из холодильника, вставит в пустые глазницы и уставится пристально. Так, что кровь в жилах застынет. Брр. Хочешь-не хочешь, а все косяки свои многочисленные вспомнишь и устрашишься. Может, не заявится сегодня, на Викино счастье? Пятница же. Самое время кутить, расслабляться. А Сюзюм всегда напряжён и будто бы кем-то обижен. Вряд ли у брюзги друзья имеются, но, может быть, оно и к лучшему? На том свете все какие-то злые и неприветливые. Не хватало ещё сюда кого-то приведёт. Пусть лучше один, привычный домашний деспот, чем несколько. Единственный выход – набраться смелости и не вестись на провокации.
Вальяжный чёрный кошара блеснул оранжевыми глазами и насмешливо фыркнул. В тревожной полутьме узкого коридора его огромная, мохнатая фигура выглядела почти демонической. Кот невежливо отвернул от Вики мордочку и грациозно прошествовал в комнату, нагло демонстрируя презрение. Лютый зверь не рад Викиному возвращению и явно поджидал кого-то другого. «Опять она», – пронеслось в тяжёлой от невесёлых мыслей голове. Круассан разочарован и не скрывает. Тоже Дениса ждёт, наверное. Кого ж ещё? Вика привычно щёлкнула выключателем. Неровно оштукатуренные стены осветило слабым, жиденьким светом. Давно пора лампочку сменить, эта скоро погаснет. Обычно Денис лампочки покупал, но… И ремонт неверный супруг недоделал. Не до ремонта ему теперь, с женою-то новой.
Сюзюм в сумраке материализуется. Но чувствует его Вика задолго до того. Каким-то шестым чувством. Сейчас можно расслабиться. Всё спокойно. Вроде нет никого.
Девушка устало выдохнула, опустила громоздкий пакет с продуктами на пол и привычно развернулась вполоборота, чуть не вскрикнув от объявшего всё существо ужаса. Сердце сжалось. По внутренней поверхности коленок пробежали холодные мурашки. Отражение в зеркале! Она не сразу поняла, кто там. Искажённое мукой лицо, осунувшееся и серое, с покрасневшими от слёз глазами. Ой! Вика всего лишь увидела себя и испугалась. Смешно. Насколько же она подурнела за последний месяц! Бледная, страшная, неухоженная, сразу видно, что никому не нужная. Она и раньше красавицей не слыла, но сегодня превзошла саму себя. Спутанные русые волосы забраны назад, в неаккуратную, кривую гульку, тушь на ресницах растеклась, голубые глаза заплаканы, на верхней губе пузырьки герпеса. Иммунитета ноль, настроения ноль, желания что-то изменить минус сто. Достало. Ушёл и ушёл. Скатертью дорога.
Вика скинула кашемировое пальто и разулась. Нарочито небрежно разбросала сапоги по пахнущей шпаклёвкой прихожей. ОН не любит, когда беспорядок. Прессует её последнее время, как девчонку, каждую ночь отчитывает и издевается. Командует. Поставить на место некому! Вот возьмёт Вика и выскажет ЕМУ всё. Возможно, даже выгонит. Последнее, как получится.
– Вичка-кривая спичка!
Как же надоели ей эти глупые поддёвки и оскорбления. Детский сад. Девушка открыла дверь в ванную комнату и невольно отшатнулась. Рой крупных, тёмно-зелёных мух вылетел на неё оттуда, отчаянно гудя, словно эскадрилья самолётов-истребителей. Что за чёрт? Откуда? Вика никогда не думала, что мухи могут быть настолько громкими.
Bepul matn qismi tugad.