канун 2000 года
Вечером тридцать первого декабря на площади перед магазином «Европа» яблоку негде было упасть. Одни покупатели оставляли свои машины как попало, преграждая выезд; другие мчались сквозь толпу в надежде еще что-нибудь захватить к новогоднему столу, третьи вываливались из дверей с набитыми пакетами и спешили к ближайшей автобусной остановке. Ничего удивительного в этой картине не было: во-первых, праздник на носу, во-вторых, «Европа» ― самый крупный магазин в районе. Да что там в районе, в городе. Настоящий универмаг, по которому можно было бродить с большой тележкой и закидывать в нее, что хочешь, никаких тебе продавцов и прилавков.
А еще у магазина было широкое крыльцо с красивой каменной лестницей и большими перилами. К перилам и была привязана такса Криста, пока ее хозяйка закупалась вкусной едой к Новому году.
Декабрь выдался теплым и слякотным, но к концу года зима решила показать себя во всей красе, подарив людям и собакам легкий холодок и много-много пушистого снега. Кристе нравился снег: он был похож на вату или синтепон от хозяйкиной подушки. Лежать в нем в целом-то приятно, но если слишком долго пролежишь, замерзнут бока и пузо. В ожидании от нечего делать Криста принялась следить за полетом снежинок, провожая их своим зорким собачьим взглядом. Иногда снежинки попадали ей на морду и моментально таяли, исчезая в короткой шерстке.
Куда запропастилась хозяйка? Неужели решила скупить весь магазин? Он ведь скоро закроется. Устав ждать, Криста прилегла, положив голову на передние лапы. Лоточники, торгующие петардами, мишурой и видеокассетами, постепенно стали сворачиваться, людей и машин на площади оставалось все меньше.
Но Криста ждала, лениво поглядывая на вальс снежинок под беззвучный оркестр зимы. Она закрыла глаза, предвкушая, как скоро снова окажется в тепле, завернется в старый плед, поест мелко наструганного мяса. А потом будет носиться по дому с Машкой и облизывать крошечное личико карапуза Ваньки…
«Зима-холода, одинокие дома
Моря, города – всё как будто изо льда…»
Криста встрепенулась, пробудившись после короткого сна. Внимательно оглядела территорию: площадка и парковка почти опустели, только попсовая песенка доносилась из приоткрытой двери салона авто. Мужчина на водительском сиденье курил со скучающим видом, полненькая женщина, ворча, укладывала сумки с продуктами в багажник. После небольшой перепалки они пристегнули ремни, завели двигатель и уехали, оставив после себя облако удушливого выхлопного газа.
Такса чихнула, отряхнулась всем своим длинным телом и вгляделась в темноту. Где хозяйка? Не может же быть она столько времени в магазине?
Из супермаркета вышли последние в этом году покупатели, а за ними и охранник. Он поспешно перевернул табличку на двери, на которой теперь было написано «Закрыто». Криста по-прежнему сканировала взглядом площадку, всматриваясь в высокие фигуры в темных одеждах, которые быстро исчезали в снежной пелене. Наконец, собачий взгляд зацепился за знакомый женский силуэт. Черное пальто до колен, меховая шапка, из-под которой видны длинные, каштановые волосы, сапоги-ботфорты…Ну, конечно, это она! Слава собачьим богам! Но почему она уходит, не отвязав Кристу? И куда так спешит твердым, коротким шагом?
Криста заметалась из стороны в сторону, пытаясь ослабить узел поводка. Из горла вырывался громкий лай вперемешку с отчаянным скулением. Силуэт все больше удалялся и уже почти скрылся за поворотом к автобусной остановке. В панике Криста дернулась вперед всем телом; послышался треск поводочного ремня, и в том месте, где он уже давно истончился, наконец, произошел разрыв. Почувствовал, что поводок порвался и оковы спали, Криста со всех лап рванула вперед. Она быстро преодолела ту дистанцию, которая разделяла их с хозяйкой, и через минуту уже поравнялась со знакомой фигурой.
Криста коротко тявкнула, чтобы предупредить, что она на месте, но женщина не обернулась. Такса подумала, что это в порядке вещей. В последнее время хозяйка часто ходила задумчивая и отстраненная, подолгу не реагировала на призывы Кристы поиграть или побегать на улице. Могла просто сидеть и смотреть в одну точку, а от предложенных собачьих игрушек только грубо отмахивалась.
Так они и шли вдвоем по устланной пушистым снегом дороге. Где-то вдали слышались взрывы петард и громкий смех, возле ледового городка во дворе о чем-то спорили дети. Криста порядком устала и мечтала только о том, как поскорее съесть миску теплого куриного супа и лечь спать до самого утра. Но сейчас все, что ей сейчас оставалось ― это следовать за уверенным шагом хозяйки и не отставать на поворотах в узких переулках.
Наконец, женщина в пальто остановилась возле какой-то подъездной двери. Криста занервничала: это место было ей незнакомым. Может, хозяйка решила праздновать Новый год не дома? Тогда почему взяла с собой Кристу?
Хозяйка сунула ключ в замочную скважину, и железная дверь быстро поддалась. Завиляв хвостом, Криста ринулась было в подъезд, но тут ее остановил узкий носок женского сапога.
– Кыш! Чего тебе надо? Пошла отсюда!
Этот голос Криста слышала в первый раз. Она подняла взгляд. Даже в полумраке, под тусклым светом единственной лампочки в подъезде такса поняла: перед ней стояла не хозяйка. Похожая длина волос, и пальто, и даже сапожки с такой же блестящей пряжкой, но вот человек точно не тот. Все это время она послушно следовала за кем -то чужим. От осознания сего факта Криста залаяла и попятилась назад.
– Вот и правильно! Иди, иди отсюда! ― девушка махнула рукой, отгоняя таксу подальше.
В полном шоке и растерянности Криста присела в сугроб и заскулила. Куда ей теперь идти? И, самое главное, где искать хозяйку? Она уже, наверное, с ног сбилась, потеряв верного друга.
Bepul matn qismi tugad.