Kitobni o'qish: «Магическая школа Бизеон: факультет Силы»

Shrift:

Открытие о школе БИЗЕОН 1: она существует

Август – мой любимый месяц. Август – это всё еще теплая погода, багаж летних эмоций и приключений. Это предвкушение нового учебного года, большие компании, объединяющие как школьных приятелей, которые уже успели вернуться, так и друзей из других городов, которые еще не успели уехать. Я думаю, именно поэтому у моей семьи есть давняя традиция – каждое лето летать на море именно в начале августа, чтобы поставить красивую точку в очередном приключении и к середине месяца уже жить подготовкой к предстоящим школьным и рабочим будням и ожиданием их начала.

И вот сейчас я стою в своей комнате, разбираю чемодан и пытаюсь выстроить планы на ближайшую неделю. Надо написать друзьям, узнать, кто вернулся, а потом доехать до дачи, сходить с мамой в ТЦ и купить всё необходимое к учебе, узнать последние новости из школы.

Это лето выдалось холодным и дождливым, но меня согревали мысли о школе. А что, я на пороге десятого класса – часть экзаменов позади. С оставшимися встречусь только в конце одиннадцатого, тем более нас разбили на профильные классы, а это значит новые знакомства и интересные предметы. Еще и форму ввели: черные брюки и пиджаки. А что, буду как мажор, не зря же думаю поступать в Институт управления, бизнеса и права – надо соответствовать.

Рассортировав вещи и утрамбовав под завязку стиральную машинку, я собирался перекусить. Но мама решила иначе, ибо у нее вещей раз в десять больше, чем у меня. Что-то наскоро готовить мне не хотелось, поэтому настало время посидеть, а точнее сказать – полежать в телефоне.

Резко перемахнув через спинку кровати, я лег, уставился сначала на синие обои, потом на белый потолок, потом в окно, из которого виднелась школа, мысленно подмигнул этой жизни и достал смартфон. Соцсети пестрили фотографиями из разряда «смотрите, как круто я провожу лето, совсем как взрослый». Но досмотреть «взрослую жизнь» знакомых помешал звонок в дверь.

– Тим, посмотри, пожалуйста, кто там.

Я нехотя поднялся и побрел к входной двери. Интересно, и кого принесло? Наверняка соседям что-то понадобилось. Но посмотрев в дверной глазок, я обнаружил не нашу добрую бабушку-соседку, а двух мужчин, одетых в серые костюмы и шляпы.

– Вам кого? – выкрикнул я, даже не думая впускать незнакомцев.

– Подскажите, пожалуйста, а здесь проживает Кровлев Тимофей Павлович? – Мне показалось, или голос из-за двери звучал слишком громко, хотя не было похоже, что мужчина кричит? И тем не менее этот вопрос не утаился от мамы, которая сразу выскочила из комнаты и точно так же из-за двери прокричала:

– Да. А вы кто? По какому вопросу?

– А вы его мама? Кровлева Виктория Васильевна?

– Да, а вы кто?!

– Мы представители школы, нам надо поговорить.

Я перевел взгляд на маму и покачал головой. Не знаю, что должно было случиться, чтобы кто-то из моей школы пришел к нам домой, да еще и летом, в разгар каникул, когда я уж точно ничего не сделал. Да они и во время учебного года ограничивались лишь сообщениями родителям в социальных сетях, а в самых исключительных случаях радовали звонками. Тем более такие мужчины в костюмах у нас не работали. Даже если бы одновременно пришлось заменить учителей труда, физкультуры и ОБЖ, что-то мне подсказывало, что они бы выглядели иначе.

– Мы никого не ждем! Учебный год еще не начался. – Мама подошла ближе к двери, но открывать не собиралась. И почему папу так срочно вызвали на работу? Это его задача – разбираться с такими странными личностями.

– Виктория Васильевна, откройте, пожалуйста, дверь. Сейчас у нас не самый конструктивный диалог получается.

– Я сейчас полицию вызову! – серьезно прокричала мама.

Но в ответ я услышал лишь громкий вздох, а потом входная дверь открылась, как будто не была заперта. Или мы ее и вправду забыли запереть? Ну папа! Он же последний выходил. Я выступил вперед, загородив маму, а она одной рукой старалась увести меня, а другой уже набирала номер полиции, но телефон резко перестал работать.

– Тим, иди к себе в комнату! – жестко сказала мама, испуганно глядя на гостей. Она и вправду думает, что я ее тут одну с ними оставлю?

– Мам, пробуй дозвониться до папы еще!

Произнося эти слова, я осматривал нашу небольшую прихожую, думая, что может сойти за оружие. Не кроссовками же в них кидаться. В итоге я не нашел ничего лучше огромной металлической ложки для обуви.

– Тимофей, успокойтесь!

– Вышли из нашей квартиры!

У меня закралась мысль, а не начать ли кричать. Когда не надо, соседи вечно стучат по батареям, что им громко, так пусть сейчас их тонкий слух поработает на благо общества.

Но не успел я набрать воздуха в легкие, как в конце общего коридора появился отец, который, запыхавшись, буквально бежал по направлению к квартире. Я облегченно выдохнул.

– Почти успел!

– Ну не совсем, еще бы чуть-чуть, и ваш сын напал бы на нас с обувной ложкой! – ехидно улыбнулся более пожилой мужчина.

Я только сейчас смог лучше рассмотреть наших гостей. Один был лет пятидесяти, с благородной сединой и густыми усами. Второму я бы на вид дал лет тридцать; он был высокий, худощавый, но, судя по рукам, достаточно накачанный. И что самое интересное, из-под его шляпы была видна черная коса. Интересно, я пропустил новый виток моды? Ну уж нет, давайте лучше останемся пока в эпохе, в которой на висках выбривают витиеватые узоры в виде татуировок.

– Мой сын, вообще-то, защищал себя и свою мать!

– Что очень похвально! – снова улыбнулся пожилой мужчина.

– Дорогой, ты их знаешь? Они говорят, что из школы. Но мы только сегодня прилетели, Тимофей при всем его таланте еще бы не успел ничего натворить.

– Да, они из школы, но из другой, Вика. Господа, давайте все пройдем на кухню.

Мы сели за круглый стеклянный столик, при этом папа выглядел нервным, мама – растерянной, а я – офигевшим. Двое мужчин же чувствовали себя очень уверенно, а более молодой и с косичкой вовсе не скрывал некой раздраженности. Повисла пауза, и мама сразу встала из-за стола. Она направилась включать чайник и искать что-то съедобное в холодильнике: продукты мы еще закупить не успели.

– Итак, господа, позвольте представиться, меня зовут Генрих Рекардович, я являюсь директором школы Бизеон. А это наставник первого курса факультета силы, Роберт фон Альт.

Ну и имена у ребят, сочувствую я им, а вот фантазией их родителей, наоборот, восхищаюсь, мне бы такую во время написания сочинений.

– Павел Львович, начнете? Или это сделать нам? – Пожилой мужчина, который оказался Генрихом Рекардовичем, а по совместительству директором какой-то школы, выразительно посмотрел на отца, а тот в ответ лишь вздохнул. Папа явно собрался поведать нам какую-то историю, которая, как я чувствовал всеми своими седьмыми, восьмыми и прочими чувствами, мне не понравится.

– Тим, я помню, ты часто спрашивал про бабушку, ну то есть про мою маму. Почему у нас так мало ее фотографий и что с ней случилось.

Я неуверенно кивнул: не соглашусь, что спрашивал часто, но тем не менее вопросы возникали.

– Все дело в том, что она была магиней. И погибла при довольно специфических обстоятельствах. Все, что с ней связано, так или иначе пересекается с магией, поэтому мы особо ничего и не рассказывали. Дело в том, что у меня никакого дара не было, и я надеялся, что ты тоже никаких магических способностей не унаследовал. Ведь что такое единственный человек с магическими способностями в полностью безмагической семье? Точнее, может, маги в нашей семье и были, но очень задолго до бабушки. А как она погибла – мы до сих пор точно не знаем, какой-то несчастный случай. Магические подробности простым людям не открывают. В общем, я старался не придавать значения всему, ведь, повторюсь: что такое один маг за много поколений…

– Ну не скажите, порой это очень много. – И снова эта усмешка Генриха Рекардовича. Нет, он мне казался каким-то напыщенным королем, да и имя подходящее.

Но папа тем временем продолжил:

– Дело в том, что я далек от мира магии… Но сегодня, когда пришел на работу, обнаружил письмо, в котором говорилось, что в тебе почувствовали силу, а это значит, ты зачислен в школу Бизеон.

– Дорогой, признайся, ты пил? – спросила мама, которая уж слишком зло смотрела на отца. Алкоголь в нашей семье не приветствовался, а даже наоборот, порицался, поэтому отец позволял себе подобное только по праздникам. Папины слова можно было оправдать только резким приливом градусов в кровь.

– Дорогая, послушай, это правда.

– Что «правда»? У меня на кухне сейчас сидят два мужика, а ты говоришь, что твоя мать была магом и мой сын теперь тоже маг? И что тут правда? Что у моего мужа горячка?

– Нет, все это правда. Помнишь, я же тебе как-то рассказывал про маму.

– Да, но я считала, что раз ты так рано ее лишился, то приукрашиваешь реальность! Она же не могла на самом деле быть волшебной женщиной с невероятной силой. Знаешь, когда я сидела с маленьким Тимом в декрете, то тоже считала себя волшебной женщиной с невероятной силой! Но про магические школы в тот момент и мысли не было.

– Дорогая, послушай…

– Подождите, давайте я попробую продолжить. – Слово взял директор. – Дело в том, что очень давно – во времена язычества – магии было очень много, но со временем люди, не обладающие никакой магической силой, стали пылать ненавистью к тем, кто с ней был рожден. И чтобы не начались войны, люди разделились, маги ушли в тень, стараясь не афишировать свои способности. С недавних же пор наш общий мир стал меняться, даже вы могли это почувствовать. Природа ведет себя иначе, влияя на всех нас, – все говорит о том, что происходит магическое перерождение. Магов появляется все больше, к нашему счастью. Мы тоже бываем разными: кто-то рождается в семье, принадлежащей к сильному магическому роду, который с давних времен хранит знания и секреты; кто-то – у самых обычных родителей; кто-то – как ты, Тим, является потомком по одной из веток.

– То есть я маг-полукровка? – фыркнул я, все еще думая, что произошло с отцом: он напился или его накачали наркотиками? И каковы у меня шансы незаметно позвонить в полицию или скорую? Явно нулевые, ибо на меня сейчас было устремлено всеобщее внимание.

– Человек соединяет в себе четыре составляющие: физическую силу, силу разума, духа и чувств. И если человек рождается с магическими способностями, он может одну из этих составляющих высвобождать и использовать. Каждый маг имеет склонность к одной из четырех сил. Люди с физической магией могут направлять ее в свое тело и становиться непревзойденными воинами. Люди духовной силы склонны к целительству, порой к предсказаниям, а еще именно они варят отличные зелья. Маги с силой разума умеют перемещать энергию в артефакты, делая из обычных предметов необычные и редкие. И, наконец, люди с силой чувств имеют небывалое единение с природой, умеют читать знаки, а также способны понимать многих живых существ, а порой и превращаться в них. Несмотря на то что твоя бабушка обладала силой разума, ты родился с физической силой и будешь зачислен на соответствующий факультет, а Роберт фон Альт станет твоим куратором.

– Я слышал, в ней учатся три года, – сказал папа. – Там большая столовая, много одарённых и интересных ребят, хорошие комнаты.

– Что еще за комнаты? – встряла мама.

Мне кажется, она до сих пор не особо верила в происходящее, но магия молчания явно не была ее сильной стороной. Она могла многое, но только не молчать.

– О, давайте я вам покажу. Нам надо взяться за руки.

– А это безопасно? – спросила мама, брезгливо смотря в сторону незнакомых мужчин.

– Вика!

– Павел!

В итоге все-таки все взялись за руки, образовав круг, и тут мое сознание как будто озарила вспышка. Я то ли увидел, то ли почувствовал, как перенесся в другое место. Картинки стали сменяться вихрем, оставляя в душе полное ощущение реальности. Огромное синее кирпичное здание, золотые ворота, куча кабинетов, комнаты, белые полы с синей мозаикой, круглые столы, чем-то похожие на наш обеденный. Не знаю, сколько мы так сидели: может, минуту, может, час, – но когда образы закончились а руки расцепились, в моей голове было полное осознание, что это за школа и как там примерно все устроено. И почему-то верилось, что это правда. Осознание было, а вот согласия нет. И кажется, мама полностью разделяла это мнение.

– То есть вы хотите сказать, что мой сын, которому только должно исполниться шестнадцать, должен переехать жить в школьное общежитие? И забросить общеобразовательные школьные предметы? До свидания! Чаю не предлагаю!

– Вика, подожди. Боюсь, что у нас нет выбора. Силу нужно учиться контролировать. Тем более надо спросить мнение Тима.

Неужели кто-то решил о чем-то спросить меня?

– А я полностью согласен с мамой! – Надо было видеть три пары недоуменных мужских глаз. Жаль, телефона в этот момент в руках не было. – Нет, ну а что, это в «Гарри Поттере» мальчик мечтал убежать от ненавистной семьи и готов был пойти за великаном не пойми куда. Меня всё устраивает. Мне нравится жить с родителями, нравится не думать о том, откуда берется еда, как гладится одежда. Нравится спать в своей комнате и учиться в своей школе, а в выходные отдыхать от лиц преподавателей.

– Тим, мне кажется, твое суждение очень поверхностно… – начал директор, но я не дал ему договорить.

– Серьезно? Так мне осталось учиться два года, а в вашей школе – три. После нашей передо мной будут открыты двери всех институтов, правда, не всегда бюджетных, но это другой вопрос. После вашей же я не смогу сдать обычные экзамены и поступить куда хочу.

– Но тебе и не надо, тебя ждет жизнь волшебника.

– А это еще один очень интересный нюанс. Как я понял, меня будут учить драться. Но я не хочу быть воином. Как-то пару лет назад я пробовал заниматься боксом и понял, что это не мое. Могу в волейбол поиграть, в футбол, большой теннис, на худой конец, шашки. Могу плаванием заниматься, но борьбой…

– Еще не хватало, чтобы моего сына кто-то бил! – вставила слово мама.

– Не бил, а учил бить и защищаться!

О, надо же, второй мужчина, как его там, тоже умеет разговаривать. Неожиданно. Правда, глаза при этом закатывает, показывая усталость и раздражение, но это его проблемы, мама им давно предлагала уйти.

– Я хочу закончить обычную школу, поступить в институт, весело провести студенческие годы, а затем устроиться на престижную работу, купить машину и ездить в офис в дорогом костюме.

– К сожалению, нам уже пора, – неожиданно проговорил директор. – Я понимаю, что вам надо многое обсудить и о многом договориться. Но поймите, судьба Тимофея решена, во всяком случае на ближайшие три года. Даже если он не хочет быть магом, он должен научиться контролировать силу. И вы сами это скоро поймете.

Мужчины быстро удалились, мама не стала их провожать, но как только отец закрыл дверь, скрестила руки на груди и зло уставилась на него.

Bepul matn qismi tugad.