Солнце припекало в машине было жарко.
«Наконец-то я приехал к дому матери, – обрадовался Юрий, выйдя из машины. – Ух, как же в деревне хорошо: воздух свежий и дует приятный ветерок с речки».
Он открыл ворота и заехал во двор, поставив свою машину рядом с машиной младшего брата.
Возле дома было подозрительно тихо: ни братьев, ни сына нигде не было видно. Зайдя в дом и поставив кульки с продуктами рядом со столом в кухне, Юрий глянул в окно и, увидев, что возле колодца мать собиралась набирать воду, тут же поспешил к ней.
– А где все? – спросил он, подойдя ближе.
– Отдыхают ещё, – улыбаясь ответила мать.
– Что же это такое? Полдень уже, а они всё ещё спят!?
– Ну, ничего, сыночек, пусть поспят, – перейдя на шёпот, ответила она. – А ты уже был в доме?
– Да, мама, – перехватив цепь из рук матери, ответил Юрий, – я зашёл в дом, и тебя в окно увидел, ты к колодцу как раз пошла. Что же это, всё ещё водопровод не отладили?
– Нет. Вчера обещали, но что-то не получилось. Ты не беспокойся, мне всё равно колодезная вода больше нравится.
– Это верно, – согласился Юрий, – она здесь не просто вкусная, но и чистая. Никаких фильтров применять не надо. Так что же случилось? Что это вдруг братцы спят до сих пор?
– Скажу, не поверишь, – улыбнулась мать.
– Так уж прямо и не поверю, – входя с ведром в дом, усмехнулся Юрий.
– Да, прямо вот так… – пытливо глянув на своего старшего сына, высокого, широкоплечего, очень похожего на отца, ответила она. – Гости у нас были… из будущего.
– О! О чём ты, мамуля! – остановившись посреди прихожей с ведром воды в руках, воскликнул Юрий.
– Я же говорила, не поверишь, – улыбнулась мать, – давай сюда воду. Скоро все встанут, есть захотят.
– Ну, братцы-кролики, – поставив ведро на лавку и сев рядом, потёр свой лоб Юрий. – Они тут в машинки времени играются всё ещё, а я мчи к ним из города. Человек, видишь ли, пилу дождаться не может. Сильвер обещал вечером привезти её или, в крайнем случае, утром. Друг его к себе на дачу собирается, ждёт моего братца, а его нет, нехорошо. Обещание надо выполнять.
– Не стоит ему так сердиться, в жизни всякое может случиться, – ответила мать.
– Я ему тоже так говорил, а он мне и говорит, мол, тогда узнай, что же случилось. Вот я и помчал в свой выходной день сюда.
– Ну и ничего, в гостях у матери побываешь. Давно уже не заглядывал.
– Дела, мамочка, дела… – уклончиво ответил Юрий.
– Вот-вот. И я всё про то же, – вновь улыбнулась она. – Дела, они бесконечны. Ты просто, сынок, в список своих дел включи приезд в гости к матери. И проблемы не будет.
– Хороший приём, матушка ты моя, – рассмеялся Юрий, – тебе только в шахматы играть. Всех бы со второго хода обыграла.
– О! Кто приехал, – протирая глаза и входя в кухню, сказал Сильвер, – а я всё думаю, кто это разговаривает?
– Гости из будущего вернулись. Забыли пилу хозяину утром отдать… – лукаво улыбнулся Юрий.
Сильвер расхохотался.
– Мам, ты ему уже всё рассказала?
– Да, сынок, он, как и ты…
– Был, матушка, был! – подбежав к матери и обняв её за плечи, воскликнул Сильвер. – Теперь я во всё на свете верю. Жаль тебя, братушка, не было, особенно твоей бригады. Такой материальчик отснял бы. Можно было вообще до конца своих дней не работать, делая видеомонтаж из всего этого.
– Что ж не позвал? – прищурившись, глянул на младшего брата Юрий.
– Звонил я тебе. Названивал целый день, вернее, вечер, как это всё произошло, но ты как в воду канул.
– Да, у меня была съёмка, а когда я занят, я отключаю все виды связи, – ответил старший брат.
– Я так и понял, жаль. Правда, я кое-что снял на свой смартфон. Но фото и коротенькие видео – это не фильм. Кто поверит, мастеров монтажа и подставок сейчас много, тем более что гости из будущего совершенно такие же, как и мы, только одежда немного отличается. А вот мысли, разговоры значительно разнятся.
– Сильвер, ты что это серьёзно? – глянув пытливо на брата, спросил Юрий.
– Как видишь, брат. Я вообще реалист, как ты знаешь, а розыгрыши устраивать, это вы с Роджерсом мастера.
– Ладно, что было то было, а где же пила? Её надо срочно отдать. Давай я её отвезу.
– Давай уж лучше я сам, – смутился Сильвер, – что же ты должен за меня отчитываться.
– Пока ты соберёшься, я уже вернусь.
– А ты точно вернёшься? – переспросила мать, хлопотавшая у плиты.
– Да, я жене обещал, что проведаю сына. Она обрадовалась, что я уезжаю, так как желает в доме порядок навести.
– Ладно с этим порядком, – возразила мать, – привёз бы и её сюда, на речку сходили бы. За всё лето ни разу у нас не бывали.
– Лето только началось, – ответил Юрий, выходя вслед за братом во двор.
Пройдя по саду, Сильвер заглянул в баньку и принёс оттуда пилу.
– До ночи что ли пилили? – вздохнул Юрий. – Даже убрать не соизволили…
– Считай, до утра, – улыбаясь, ответил брат и стал складывать пилу в ящик. – Убрать недолго. Ах, какая тяжёлая пила, как он её так долго таскал?
– Кто он? – переспросил Юрий.
– Да царский министр из прошлого, – ответил Сильвер.
– Но ты же говорил, что были гости из будущего… – глянув на брата взглядом психиатра, спросил Юрий.
– Были, были. И из будущего, и из прошлого, – пытаясь всунуть пилу в ящик, уклончиво проговорил Сильвер. – Вот ведь как разворотил, все защёлки с корнем вырвал. Силища-то, а ещё и раненым был. Как ему удалось?
Кое-как, уровняв и сколотив вырванные доски, братья привели ящик в должный вид, отнесли к машине и загрузили в багажник.
– Ну, давай, счастливого пути, – сказал Сильвер, – руку тебе не буду жать, а то от моих рукопожатий не отмоешься, да и возвращайся скорее, ждём.
– Я скоро, я прямиком к нему на дачу, это на полпути от города, он мне адрес дал.
– Папа-папа! – услышал Юрий, уже собиравшийся сесть в машину. – Ты что, уже уезжаешь?
С крыльца сбежал Энрики и кинулся в объятия к отцу.
– Нет, сынок, я сейчас вернусь. Я только пилу отвезу, а то человек ждёт.
– А, хорошо. Только обязательно возвращайся.
– Конечно, вернусь, мне ведь интересно узнать, кто же у вас в гостях был…
– Ты уже знаешь? – смущённо улыбнулся Энрики.
– Только самую малость. Остальное расскажешь ты. Ну, я поехал. – Юрий сел в машину, махнул рукой в открытое окно и плавно выехал со двора в раскрытые ворота.
Племянник и его дядя вернулись обратно в дом. В дверях их встретила бабушка Лайма с младшим своим сыном Роджерсом.
– Вот и хорошо, что меня на этот раз минула миссия объяснения с твоим отцом, Энрики, – облегчённо вздохнул Роджерс.
– Что, великий пересмешник? – спросил мальчик.
– О, великий, – ответил он.
– На этот раз наш братушка засмеялся только в самом начале. – прислонившись к косяку двери, проворчал Сильвер. – Потом, правда, выслушал меня как психиатр своего пациента, но всё же без смеха.
– Но мы ему ничего не сможем доказать, – ухмыльнулся Роджерс, – у нас нет ни одного вещественного доказательства. А без них он ни во что не поверит.
– Как ни одного? Есть! – воскликнул Энрики.
– Да? – изумился Сильвер. – И что же это? Ну, племянничек, не томи, расскажи.
– В первое моё посещение, Микас, будучи ещё мальчиком, отдал мне свою одежду и башмачки, – начал свой рассказ Энрики. – Одежду того времени я снял там в будущем, на конкурсе, ведь под ней была моя одежда. Мне нужны были доказательства, что я из прошлого. Демонстрируя одежду нашего времени, я отдал свою куртку членам жюри, а вот башмачки будущего остались на мне. Я свои оставил дома у Микаса. Башмачки будущего, когда их снимаешь, становятся совсем маленькими, крошечными, ну дядя Роджерс видел. Этим обеспечивается самоочистка. По тому же принципу работает и одежда, вы знаете.
– Это так, – согласился Роджерс. – Когда мы прилетели из будущего мы свою одежду сняли, чтобы не шокировать тебя, брат.
– Да, бабушка в тот день белья настирала, – добавил Энрики, – и оно уже высохло на веревке.
– Поэтому мы воспользовались этим шансом и переоделись в нашу современную одежду, – улыбнулся Роджерс. – Сняв одежду из будущего, мы сложили её в кулёк в баньке. Ты Энрики сказал, что спрячешь наши костюмы и обувь там, где ты прятал свои первые башмачки. Ну и где это богатство?
– Сейчас принесу! – обрадованно воскликнул мальчик. – Они у меня в беседке, в ящике под лавочкой спрятаны.
– Погоди, внучек, погоди, – вздохнула бабушка. – Их там нет. Ты их там не найдёшь.
– Как нет?! – воскликнул Энрики. – Ты их выбросила? Но ведь они совсем новые.
– Не выбросила я их, нет. Я их отдала, – смущённо вытирая ложку полотенцем, проговорила бабушка Лайма. – Вчера, ещё до грозы, когда ты был на речке с соседкой Линдой и Микки, пришла какая-то странная женщина с маленьким ребёнком. Похоже цыганка. Правда цыган в наших краях давно не было. Но раньше они часто ходили по дворам, просили вещички для детей, продукты питания. А если им ничего не давали, то потом они сами воровали.
– Ну что, что, бабушка? – взволновано спросил Энрики. – Что ты замолчала?
– Так вот, пришла, как мне показалось, цыганка и говорит, что, мол, она из погорельцев, – продолжила рассказ бабушка Лайма, – призналась, что видела, мальчик у меня во дворе есть. Поэтому и надеется, что какая-нибудь одёжка станет мала и может остаться, чтобы я дала её, для её ребёнка. Я ей ответила, что, мол, пойду в доме поищу, может и найду что. А она и говорит, что не надо, мол, в доме, дай те вещи моему ребёнку, что вон в этой беседке в коробке лежат.
– А ты что, бабушка, что?! – ахнул Энрики.
– Я ей отвечаю, что нет здесь ничего, а она не унимается, а ты, мол, говорит, загляни. Я заглянула, да так и ахнула. Правда, в коробке ботиночки махонькие такие, лёгонькие, – с этими словами бабушка Лайма вздохнула, – да и одежка там какая-то маленькая.
– Ну, что мамуля, что дальше? – взволнованно спросил Роджерс.
– Я и отдала всё, куда же нам такое маленькое. А её ребёнку будут хорошо.
– Где же хорошо, они и ему будут малы, если судить по виду, – вздохнул Энрики, – они размером на куклу.
– Верно, внучок, верно. Но тогда мне показалось, что будут в пору. И самое любопытное, поставила я коробочку, оглянулась, а их и след простыл. Как пришли, не видела, и как ушли, не заметила.
– Бабушка, а почему мне ничего не сказала? – укоризненно произнёс Энрики.
– Н-да, – вмешался в разговор Роджерс, – ладно твой внук на речке, но мы же, твои сыновья, рядом были, доски пилили, что же ты нас-то не позвала?
– Сама не знаю, всё как-то быстро произошло, – вздохнула она, – я и сама ничего не поняла. Я же не знала, что это ваши одёжки. Да и кто мне поверит, что эта странная женщина исчезла сама собой.
– О! Теперь вот, – ухмыльнулся Сильвер, – уважаемая мамочка-бабушка Лайма, твой старший сын – отец Энрики заподозрит нас всех в странности и пошлёт на консультацию к психиатру…
– Не болтай глупостей, Сильвер, – раздражённо произнёс Роджерс, – нам надо осмотреть место, где были вещи. Проследить за энергетикой, как меня учил отец Микаса, когда мы были у него в гостях. Кто желает со мной пойти?
В это самое время подъехала машина Юрия, и он вышел из неё.
– О, сколько желающих, – язвительно произнёс Роджерс, – и даже ты Тобик, – обратился он к добродушно вилявшему хвостом псу. – Ну что ж, тогда пошли…
Bepul matn qismi tugad.