В одной далёкой-предалёкой деревушке на Дальнем Востоке, в Приморском крае, недалеко от таёжной реки Уссури жила светловолосая, стройная, складная и весьма симпатичная девочка лет двенадцати с добрым именем – Наташа. Кстати и характер у неё сложился тоже добрый, даже отзывчивый, чуткий, тёплый, и к тому же весёлый. В общем, приветливая девочка росла, чего, к сожалению, нельзя сказать об её отце. Дело в том, что у отца Наташи, натура была более сдержанная, слишком уж спокойная, а временами чёрствая, сухая и где-то даже суровая.
Впрочем, чему тут удивляться, ведь специфика его ремесла тоже носила сухой характер, потому как род его основного занятия был связан непосредственно с деревом, а работа с ним не терпит влажности и всякой там суеты, всё должно быть предельно точно и выверено. Ибо стоит лишь один раз ошибиться или допустить промах в расчётах, как вся работа тут же пойдёт насмарку. И как теперь уже понятно, отец Наташи был столяром, а иногда и подрабатывал плотником. Конечно, кто-то скажет, что особой разницы между двумя этими ремёслами нет, мол, и там и там, надо строгать да пилить дерево. Однако разница всё же есть.
Плотницкое дело, это строить крупные объекты: дома, амбары, сараи в конце-то концов. А столяр, это более тонкий промысел, тут особая смекалка необходима; столовую ложку или, к примеру, резной стул, следует весьма аккуратно мастерить. Здесь серьёзность нужна, весёлость тут ни к чему. Может ещё потому отец Наташи иногда брался помогать охотникам и рыболовам, коих в деревне жило тоже немало. Им он мастерил хитроумные капканы для ловли дичи, и верши на поимку крупной рыбы, что водилась в Уссури. А дело это крайне ответственное и серьёзное. Однако мы слишком отвлеклись на отца, так что пришла пора упомянуть и о Наташиной матушке.
А уж она была хозяйственная женщина, вечно хлопотала по дому и следила за порядком на дворовом участке, где обитало огромное количество всякой деревенской живности. Одной домашней птицы десятки голов: утки, куры, гуси, индюшки. К тому же кролики, поросята, овцы, корова, лошадь, и конечно сторожевые собаки с домашними котами, борцами за чистоту амбаров и сараев от мышей и крыс. Одним словом приусадебное хозяйство было огромное и по-крестьянски сбитое, крепкое. Приходилось много работать, как-то крутиться, изворачиваться, даже на чём-то экономить. А потому глава семьи, зарабатывая на жизнь столярным делом, как раз и обустроил свой дом со всем хозяйством, аккурат рядом с лесом, на окраине деревне. Так ему сподручней было. Он мог в любой момент найти в лесу подходящее для работы дерево, а это очень удобно.
Так что наша главная героиня Наташа, выросла прямо возле леса. Зимой она училась, посещала занятия, читала книги, писала в тетради, а летом активно помогала матушке. Ну и конечно неоднократно хаживала с отцом в лес, ему тоже время уделяла. Оттого и знала много разных лесных троп да дорожек. Разумеется, и сама она не раз одна по этим тропкам хаживала, просто гуляла. Много всяких зверюшек повидала, за их жизнью наблюдала, изучала их повадки. Любознательной оказалась Наташа, до всего интерес имела, нравилась ей природа. Естественно по осени ходила в лес за грибами и ягодами. Ну а как же без них, без них в деревенской жизни никак нельзя, припасы на зиму во всяком доме нужны. Вот такой простой, и в то же время интересной жизнью жила Наташа. И, наверное, всё так бы дальше и продолжалось, если бы как-то однажды под осень не случилась у Наташи необыкновенной встречи в лесу. А дело было так.
День уже катился к закату, но солнышко ещё достаточно светило. Наташа в этот раз ходила в лес за голубикой, говорят, она для зрения очень полезна. А уж её в уссурийской тайге растёт в изобилии, всем с избытком хватает; и птицам поклевать, и зверью полакомится, и людям на зиму припасти. Вот Наташенька с обеда и занялась заготовкой голубики. Насобирала полную корзинку, аж с горкой. Но так увлеклась, что далеко от дома забралась. Ей эти места даже незнакомыми показались.
– Что-то тут всё какое-то другое,… вроде я здесь ещё ни разу и не была,… какие-то деревья ни как у нас рядом с деревней,… слишком уж мхом поросли,… какие-то старые,… более древние что ли… – подумала про себя Наташа и стала высматривать, как ей обратно выйти на тропинку домой. Впрочем, долго присматриваться ей не пришлось, её интуиция, внутренняя чуйка, быстро подсказала, где правильное направление. Деревенским жителям это присуще, у них близкая связь с природой, намного чётче и прочнее, чем у городских. Житель города вмиг заблудится в здешнем лесу, а местный, деревенский, никогда. Всегда обратную дорогу найдёт.
Вот и Наташенька, оглянулась, повернулась, тропинку определила, улыбнулась, и уже почти пойти собралась, даже первый шаг сделала, как вдруг нежданно-негаданно из-под старой ели лисица на тропу выскочила, прямо как ниоткуда появилась, прыг и вот она. Отчего Наташа естественно застыла на месте, а как же иначе, ведь дикий зверь ей навстречу выскочил, тут поневоле оторопеешь от неожиданности. Но и лисица тоже не ожидала такого пассажа, бац и прямо перед ней человек очутился. Бежала она по своим делам, знать ничего не знала, а тут на тебе, девочка стоит. И конечно лисица тоже оторопела.
И вот стоят они обе, замерли, друг на друга в недоумении смотрят, ресницами хлопают, рты раскрыли. И тут уж непонятно, то ли им обоим пугаться друг дружку, то ли любоваться, ведь лисичка-то красотка лесная, вся такая рыженькая, огненная, расписная, с белым брюшком, с чёрным носиком, ушками, и лапками, словно в сапожках, пушистая, мех за лето нагуляла. Очаровашка, да и только. Но и Наташенька тоже не чудище страшное, чтоб её пугаться: фигурка складная, волосы русые, густые, на лицо пригожая, глазки голубые, блестят. В общем, получился у них непонятный казус. Вроде и полагается им разбежаться по сторонам, а не могут, любуются друг другом, разглядывают, интерес у них проявился. Однако и стоять так бесконечно тоже невозможно, ведь вечереет, темень близко. И тогда Наташа заговорила, первая слово взяла.
– Ах, лисонька,… ах ты красавица,… вон какая славная!… Никогда я так близко лис не видела, лишь издалека,… уж больно вы скрытные!… А тут я в чащу забрела, да похоже, в ваши владения попала, вот и свиделись вблизи!… Ты уж лисонька прости меня, что в твои края пожаловала,… уж извини меня кумушка, что твой покой нарушила!… Я, видишь ли, голубику собирала, да неудачно забрела,… сейчас уйду,… не потревожу больше… – тихонько так, ласково произнесла Наташа, словно оправдываясь перед лисой, показывая всем своим видом, что зла ей не желает и беспокоится не о чем. И надо же такому быть, лиса её прекрасно поняла, и этак ненароком тявкнула негромко.
– Тяф-тяф, всё ясно,… вижу я, что не охотник ты, и вреда мне не причинишь!… Но и ты пойми меня, я тоже так близко никогда людей не видела,… тем более детей,… а ты вон какая милая оказалась,… добрая, чуткая, просишь прощения, что потревожила меня,… заботливая!… Спасибо тебе за уважение и тактичность… – также мягко и по-доброму отозвалась лисонька. Но что ещё поразительно Наташа тоже поняла всё её тявканье, уяснила слово в слово. Как уж так вышло – неизвестно, но только сдаётся мне, что без волшебства тут не обошлось. Хотя иные естествоиспытатели могут сказать, что такое иногда случается: в редких случаях, в стрессовых ситуациях люди и звери находят общий язык. Точно такое же произошло и сейчас. Ну а раз понимание найдено, то новоиспеченные знакомые продолжили разговор.
– Вот как получается,… оказывается мы можем понимать друг друга!… Да это же чудо какое!… Я так рада, что мы с тобой думаем одинаково, и у нас нет противоречий!… Это значит, что мы можем подружиться!… Ах, как это удивительно,… я всегда мечтала о друге из леса!… Хотя конечно, у меня там, дома, есть знакомые, собаки и коты,… даже кролики и гуси,… но они все сами себе на уме,… и они не понимают меня, а только знают, что слушаются отца с матушкой,… они не сравнятся с тобой, ты особенная!… Ты сразу догадалась что я хочу сказать, что выразить,… ты чувствуешь меня, будто в душу смотришь!… – увлечённая такой беседой, восхищённо вскликнула Наташа, и лисичка поддержала её.
Bepul matn qismi tugad.