«Дневник Домового. Рассказы с чердака» kitobidan iqtiboslar, sahifa 4

Онлайн Ну вот и все… Ушла… И вроде бы и не изменилось ничего, как тыкал пальцами в буквы, так и тыкаю. Как не было никого в квартире, так и нет. Одна разница – раньше около ее имени зеленый значок был, вроде как говорил – нормально все, ты не один! А вот сейчас красный – нет никого! Ты теперь хоть обпишись, а тебе все равно никто не ответит. А с другой стороны – так и не было никого! Никто не сидел рядом, не смотрел на тебя, не говорил с тобой. Да и ты за все время ни одного слова не произнес. И ничего же не изменилось вроде, а как-то сразу пусто стало на душе… Раньше, лет 15 назад, как было? Телефон домашний, и то не у всех. Вышел из дома, и ты сразу для всех «оффлайн». Ищи-свищи ветра в поле. На улице встретил знакомого – обрадовался, на целый час с ним заговорился и не заметил. И эмоции искренние, настоящие были. Люди запоминали адреса друг друга. Настоящие адреса – улица такая-то, дом такой-то. Записывали их в блокноты, записные книжки. Не дай бог такую потерять! Ты что!..

Бабка! Бабка!!! – Чего орешь? Совсем уже из ума выжил? – Всё, помирать буду. – Ну помирай, чего орешь-то? Федор Степаныч помирал с завидной регулярностью. Раз в неделю из комнаты обязательно раздавался его крик, сообщавший о скором планируемом склеивании ласт. Его жена, Клавдия Михайловна, уже давно привыкла к показательным выступлениям своего мужа и относилась к ним как к очередному выпуску любимого сериала – вроде бы уже и знаешь сюжет, и концовку можно предположить, а все равно идешь смотреть.

Левее! Вот сейчас два шага вперед. Стой! Да нет же! Обратно иди! Правее! Да не туда! Два молодых парня стояли на крыше многоэтажки и отдавали вниз отрывистые команды. – Развернись! Да что ж такое?! – Вообще не видит… – По-моему, и не слышит к тому же. – Не получается ничего. – Один из них в сердцах пнул телевизионную антенну и присел на край крыши. – Слушай, ну, может, завтра

Кот же теперь не гадит в ее тапки. Теперь он гадит в ее зимние сапоги. На мой вопрос, чем его не устраивает лоток, реагирует агрессивно и враждебно. Иногда показывает неприличные жесты и дает понять, что в сапоги больше помещается.

Ну вот и все… Ушла… И вроде бы и не изменилось ничего, как тыкал пальцами в буквы, так и тыкаю. Как не было никого в квартире, так и нет. Одна разница – раньше около ее имени зеленый значок был, вроде как говорил – нормально все, ты не один! А вот сейчас красный – нет никого! Ты теперь хоть обпишись, а тебе все равно никто не ответит. А с другой стороны – так и не было никого! Никто не сидел рядом, не смотрел на тебя, не говорил с тобой. Да и ты за все время ни одного слова не произнес. И ничего же не изменилось вроде, а как-то сразу пусто стало на душе… Раньше, лет 15 назад, как было? Телефон домашний, и то не у всех. Вышел из дома, и ты сразу для всех «оффлайн». Ищи-свищи ветра в поле. На улице встретил знакомого – обрадовался, на целый час с ним заговорился и не заметил. И эмоции искренние, настоящие были.

Я слышу эту ругань из-за стены практически каждый день. Не дают даже поспать. Они думают, что я ничего не слышу, а на самом деле стенка у нас тонкая. Вчера кричали из-за какой-то машины. Она, кажется, ее сломала, а он в который раз пообещал ее бросить и уехать. Снова плач, слезы… Уже привык. Помню, как поначалу, когда я здесь только поселился, слышал, что они вообще хотели меня убить. Чем-то я их очень раздражал, наверное. Думаю, что шутили. Как можно человека убить, даже если он им не нравится? Но потом ничего… Успокоились, но между собой не перестали гавкаться.

16:10 Прилетали голуби. Предлагали перейти на нового оператора. Дал им батона и спросил, что за оператор. Съели два… Я так понял, что это и ответ и констатация факта одновременно.

Появились комары. Уговорил попа раскочегарить кадило. Комаров меньше не стало, но кусать они стали исключительно в лоб, живот и плечи. Причем сначала в правое, а потом в левое… Теперь все даже чешутся богоугодно. Поп доволен.

24 июля Погода сегодня не очень. Ветер нагнал туч, Кузьмич – самогона, дед – немцев. К вечеру все разошлись. Кто-то по домам, а кто-то не на шутку.