Мы с матушкой переживали не лучшие времена. Во-первых, отец опять опаздывал, а во-вторых, она выступала категорически против того, чтобы я называл её матушкой. За лето я прочитал весь список литературы и был весьма удивлён, что такое вежливое обращение, как в книгах, моя матушка считает издевательством. Папа сказал, что знает много формально литературных слов, которыми можно было бы назвать маму без угрызений совести, но лучше не надо, стоит оставить всё как есть. За это отец был отправлен покупать мне цветы, хотя обычно он покупает букеты для мамы, когда сильно провинится. Но сегодня другой повод: цветы нужны были на линейку, наступала осень, и острую необходимость в них испытывала моя учительница.
Я считаю это странной традицией, ведь я пока ни в чём не виноват перед этой доброй женщиной, зачем же ей дарить цветы? Папа сказал «авансом»: бедную преподавательницу ждёт тяжёлый год, за который я успею провиниться не один раз.
– Лучше поздно, чем никогда! – заявил отец, протягивая мне букет пахучих астр. Мы с мамой уже стояли в дверях, у неё был тот самый убийственный взгляд, после которого цветы обычно достаются ей.
Мы слишком торопились, и я не успел спросить у отца, что за набор слов только что покинул его рот. В машине я поинтересовался у родительницы, почему поздно лучше и что никогда?
– Никогда не называй меня родительницей, а то пожалеешь, но будет поздно! – сказала мама и выехала на проезжую часть.
До школы мы домчались быстро, мама объяснила мне странный афоризм, и я усвоил его со свойственным мне интеллектом. Линейка уже закончилась, все отправились на классный час.
Bepul matn qismi tugad.