Kitobni o'qish: «Как я на свадьбу сходила», sahifa 2

– Не-е, спасибо. Я как-нибудь сама.

– Сама ты только в девках просидишь. Время-то идет, а ты что? Парень хоть есть?

– Нет. Разошлись, – все еще не понимая, шутка это или нет, ответила, пережевывая Наполеон. Пока я расправлялась с тарелкой ризотто и салатом, Жанна медленно цедила стакан лимонада, а он до сих пор был наполовину полный.

– Вот, а налила бы ему в пельмешки водички заговоренной, не разошлись бы.

– Я в это все не верю, – заверила, а сама задумалась: что, реально такое работает? Ну а вдруг?

– Я тоже не особо верила. Уже прикинула, как залететь по-быстренькому. И как раз адресок мне дали бабки этой. Я пошла, там дом частный, страшный такой, грязный, хотя сама бабулька ничего такая, дородная, толстая, как булка сдобная. Я ей выложила как на духу, хочу, мол, чтоб замуж взял. Фотографию показала, рассказала, где работает, кем, какой характер. Она мне баночку с водичкой дала и на листике написала схему: как лить, как поить, что приговаривать. Я ей так и сказала, что если жених сорвется, то я к ней с претензиями приду. А она мне: «Не придешь, останешься довольной. Только сама не знаешь ты, чего хочешь. Подумай, прежде чем кандавать». Так и сказала «кандавать». Это я-то не знаю?!

Я тоже удивилась: чтоб Жанка и не знала? Бабка та, скорее всего, это для красного словца ляпнула.

– Я денег дала ей и ушла. Потом попробовала на Кирилле, отличный результат. Как только вода в банке закончилась, он мне предложение и сделал.

Я смотрела на Жанну во все глаза. Потом подумала, что сейчас она как рассмеется, скажет, что прикололась, чтобы на мою реакцию посмотреть. Но нет, не смеется, серьезно так лимонад потягивает. Очуметь, как интересно люди живут. И зачем она мне это рассказала? Чтоб я себя соучастницей почувствовала? Или реально считает, что в любви, как на войне, все методы хороши?

ГЛАВА 2

{Свадьбу водкой не испортишь}

Оставшиеся дни до свадьбы я потратила на поиск подходящих туфель. Ведь мне надо было, чтобы к платью подходили и при этом потом их могла носить, а про весьма скромный бюджет вообще молчу. Усложнялось все дело тем, что цвета свадьбы были жемчужно-серый и эвкалиптовый. Жанна выпендрилась как могла, выдумав небанальное цветовое сочетание, хотя надо признать, что красивое. Она показывала мне фотографию арки, украшение зала и сада для церемонии. Все стильно, красиво и очень дорого. Этот факт подчеркивался неоднократно! Лично мне больше всего понравились вазы с живыми цветами и люстры с гирляндами из хрустальных бусин различных форм.

Туфли мне удалось найти в одном небольшом обувном магазинчике. Серые атласные, на невысоком каблуке, с маленькой фигурной пряжкой – то, что искала. И даже денег хватило. А вот с халатиком пришлось помучиться, потому что по цене моему кошельку подходили только кимоно из синтетического шелка, которые противно прилипали к телу и электризовали волосы. В итоге я разорилась на халатик яркого изумрудного цвета из натуральной ткани.

Доехать до отеля на междугороднем автобусе налегке не представляло проблем. Автобусы отходили от автовокзала каждые сорок минут. А вот ехать с чехлом с платьем, коробкой с туфлями и рюкзаком всего необходимого уже не так приятно. Боясь помять платье, повесила вещи на спинку переднего сидения и тут же получила нагоняй от дородной тетки, которой он ничем не мешал, но характер отменной стервы не позволил даме смолчать. Я вещи убрала, не ввязываясь в скандал, держала на вытянутой руке и молча закипала от неудобства, жары и собственной мягкотелости.

На остановке оказалось, что до отеля идти минут десять по дороге. Тротуара для пешеходов никто не предусмотрел. Я, глотая пыль, шлепала по обочине и по чем свет костерила Кирилла, жениха Жанны. Это же надо было так вознестись до небес, чтобы не подумать о тех простых смертных, которые не на машине приедут в отель. Хотя простые смертные там не отдыхают, что это я! Но работники же не по воздуху летают, они-то как? Каждый день по краю дороги и в дождь, и в снег шагают?

Злая, припорошенная пылью, мокрая от пота я дошла до главного входа и гаркнула охраннику свою фамилию, на любезность и элементарную воспитанность не осталось сил. Слава богу, Жанна не забыла заказать на мое имя пропуск, и на территорию отеля я попала без приключений. Меня проводили в номер, где я уселась на банкетку в коридоре и очумело озиралась по сторонам.

Номер был шикарный! Нет, скорее всего, у жениха с невестой были еще круче апартаменты. Но я такие видела только в программе про путешествия. Просторный номер с небольшим коридором и ванной комнатой. Интерьер в бежевых тонах, шикарные гардины на огромных панорамных окнах, белоснежный пушистый ковер, шкаф с зеркальными дверьми и громадная кровать, накрытая белым покрывалом. Все новенькое, красивое и дорогое. На ковер было страшно наступать, так же как и сесть в своих пыльных брюках на кровать.

А потом приключилась беда. Мне страшно захотелось освежиться с дороги, а свет не работал. Можно было сходить и без света, но принимать душ, включив фонарик на телефоне – то еще удовольствие. И я, оставив вещи, поплелась на ресепшен, где оттюнингованная блондинка с лицом Барби и улыбкой голливудской звезды пояснила мне, что я дуреха. Оказывается, при входе в номер надо опустить электронный ключ в специальный отсек – тогда активируются такие функции, как кондиционер, свет, телевизор и даже откроется мини-бар.

Решив, что и так уже опозорилась, попросила у администраторши утюг на всякий случай. И выяснилось, что утюг в номер не дают, но есть прачечная, куда я могу отдать свое платье, и его приведут в порядок. Сервис, что уж тут!

Вечером я осмелилась на вылазку в сад, предварительно отзвонившись Жанне. А то мало ли я ей срочно понадоблюсь на репетицию церемонии или еще чего-нибудь. Но, слава богу, никому я не сдалась, поэтому бегом сбежала обследовать окрестности.

Парк оказался великолепным, недаром отель построили на месте советского дендропарка. У застройщиков хватило ума не вырубать старые деревья, только провели зачистку, проложили дорожки, разбавили новыми аллеями. Изюминкой стал бассейн с цветущими лотосами, кувшинками и кубышками. Огромная чаша белого мрамора под тенью раскидистых деревьев манила прохладой. А ярко-розовые, желтые и белые цветы на водной глади казались мазками масляной краски на полотне картины.

В другом конце парка обнаружила тропинку из плоских валунов, проложенную по поверхности крупного водоема, гладкого и бездвижного. Камни как будто парили в воздухе, потому что в воде отражалось небо. По берегу перейти на другую сторону не представлялось возможным, то ли так природой сложилось, то ли ландшафтные дизайнеры постарались, но края водоема заросли непролазными кущами, так что путь был один – по валунам. Поначалу идти было страшно: вокруг гладь воды, в которой отражается безоблачное небо, где-то далеко, справа и слева в зеркале водоема видны кусты, но вокруг меня только небо – небо в небе и небо в воде. А на середине пути я пообвыкла и даже остановилась, вглядываясь в воду, ловя свое отражение и блики заходящего солнца. Красота.

Я уже почти добралась до берега, когда почувствовала пристальный взгляд, обернулась и чуть не слетела в воду. Замахала руками, как ветряная мельница, но удержалась. А на том берегу, откуда я пришла, стоял мужчина в черных брюках и белой рубашке с закатанными до локтя рукавами. Стоял и смотрел на меня неотрывно.

Рассмотреть черты лица с такого расстояния у меня не получилось, но на всякий случай я помахала рукой. Вдруг кто из нашей университетской группы? Жанка могла еще кого-то позвать на свою свадьбу. Хоть ребят в группе было немного, всего четверо, но ни про одного я не знала, как сложилась их жизнь. Вполне допускаю, что кто-то стал деловым и важным настолько, что Жанна теперь дружит по взаимовыгодным соображениям.

Но мужчина никак не отреагировал, и, развернувшись спиной, пошел по тропинке прочь.

Я девица мнительная. Еще минут двадцать обдумывала, кто это мог быть и почему так пристально смотрел мне в спину, что я почувствовала с такого расстояния. Ничего умного в голову не шло, зато ноги привели к тупику, где по кругу были высажены фисташковые деревья и стояла скамейка, незаметная с дорожки. Отличное место, чтобы сесть и помечтать. Чем я и занималась до самого позднего вечера, слушая цикад, пока вокруг не разлетались комары. Меня они не кусали, видимо, кровь невкусная, но над ухом жужжали противно, поэтому я предпочла уйти в номер.

***

Самое мое эпичное приключение за все двадцать шесть лет жизни было на третьем курсе, когда мы с подружкой Иринкой, возвращаясь из поездки, сели не на ту электричку и поехали в противоположную от дома сторону. Причем моя интуиция вопила, что что-то не так, но мы по молодости были стеснительными девушками, спросить у людей как-то побоялись. Поэтому, когда электричка тронулась, а мы покатились не туда, интуиция так и сказала: «Ну я же говорила» голосом моей математички. Мы с Ирой спрыгнули по насыпи на первой же станции, потому что были без билетов, которые не успели купить, потому что опаздывали. Контроллеры нам в спину пытались сначала ругаться, потом пытались объяснить, как нам добраться обратно в город, чтобы успеть на последний автобус, электрички-то все ушли. Домой мы добрались вполне благополучно, успев на автобус. Но по нашей с Ирой шкале приключений эта поездка была самая выдающаяся. Обычно мы чинно и благородно, немного скучновато, но вполне пристойно проводили свой досуг.

Так вот то, что приключилось со мной на следующий день, било все рекорды авантюризма.

Утро началось в шесть часов. Я едва успела заглотить кофе с припасенной с ужина булкой, когда ко мне в номер заявилась девушка-визажист. Слава богу, что выбранные Жанной макияж и прическу удалось переиграть. Мне сделали вполне скромный раскрас и красиво завили волосы локонами, убрав их от лица. Через полтора часа я была готова.

И да! Халатик пригодился, когда, скача как козлик, к нам прибегал фотограф, щелкал одному ему понятные ракурсы, просил улыбнуться именно в тот момент, когда мне подводили глаза или наносили помаду. Хорошо, что он по большей части был занят Инной Владленовной и Светой, ко мне заскакивал всего пару раз.

Так вот собранная, в платье и туфельках, в девять утра я стояла в номере Жанны, которая только соизволила проснуться. Вопрос, на кой черт мои сборы были так рано, я проглотила. Позавтракала неспешно с Жанной и еще три часа мариновалась от скуки и безделья, пока ее красили и причесывали. Фотограф и его ассистент, тот парниша, который фотографировал и меня, видеограф снимали Жанну в томных позах с фатой, в фате и без фаты.

Часов в одиннадцать мы со свадебным организатором помогли надеть Жанне платье. Оно, конечно, было шикарным. С полупрозрачным корсетом, расшитым цветами, украшенным камнями, и объемной юбкой из тяжелой шелковистой ткани, спадающей широкими мягкими складками. Жанна была в нем чудо как хороша.

Фата и аккуратная диадема завершали образ сказочной принцессы.

Фотограф крутился юлой вокруг невесты, видеограф и их ассистенты не отставали, организатор – девушка со строгим лицом и приклеенной улыбкой – руководила всем этим безумием.

– Я хочу побыть одна, – заявила Жанна за пятнадцать минут до начала. – И шампанского.

И никто не посмел ей перечить. Шампанское в ведерке, красивый фужер и белую розу на длинной ножке принес официант. Я последняя выходила из номера, прикрыв неплотно дверь, ведь официант еще не ушел. Он остался разливать шампанское.

Не зная, что делать дальше – то ли ждать Жанну, то ли идти в сад к арке для церемоний – остановилась в коридоре. И через минут пять, может, чуть больше, меня чуть не снес мужчина в черном костюме с бутоньеркой. Он стремительно шагал в номер к невесте, волоча за собой парня, который то ли упирался, то ли просто не мог сам идти.

– Куда? – рявкнул мужчина, хватая меня за руку свободной рукой, когда я хотела посторониться. И втолкнул в номер, из которого совсем недавно вышла.

Опешив и получив ускорение в спину, я влетела в комнату и застыла возле дивана. Апартаменты невесты состояли из двух комнат: гостиной, где проходили сборы, и спальни.

Сейчас же в гостиной никого не было, ни невесты, ни официанта, а дверь спальни была неплотно прикрыта.

За спиной раздалась ругань, и я отмерла, отскочив в сторону. Мужчина втащил парня в гостиную и швырнул в кресло. Попал, хотя я думала, что промахнется. Парень растекся безвольной массой, на лице блаженная улыбка идиота. Я уставилась на него во все глаза. Если это свидетель, то он пьян как «фортепьян», как говорили во времена моей школьной юности. Что мне с ним делать, не понятно.

– Полюбуйся. – Мужчина спокойно поправил манжеты и рукава пиджака и посмотрел на меня. Глаза красивые, карие, но смотрят так злобно, как будто я собственноручно напоила свидетеля.

«Жених», – решила я. «Красивый, властный, злой. Жанке под стать».

– Красавец, – пожала я плечами.

Удивительно, что Жанна до сих пор не вышла из спальни: шума мужчины наделали много.

– Видимо, на радостях набрался.

Я промолчала. Ну а что я могу сказать в данной ситуации? Мужчина, смутно похожий на того, что рассматривал мою спину вчера возле водоема, буравил меня взглядом. Я в ответ рассматривала его. Тело в кресле уснуло, все так же блаженно улыбаясь.

– Может, Жанну позвать? – спросила через пару минут наших переглядываний.

– Смешно, – хмыкнул предположительно жених.

– Не очень. Но она должна быть в спальне, а почему-то не выходит.

– Да ла-а-адно, – протянул мужчина, окинул меня взглядом и прошел в спальню. – Здесь никого нет, – заявил он.

Я и сама это видела, дверь в спальню он распахнул настежь. Лишь открытое окно и развевающаяся занавеска.

– А где Жанна? А официант? – спросила я растерянно, во взгляде мужчины мелькнуло удивление.

– А ты кто вообще?

– Варя. – Я от волнения комкала свой букет, который мне выдала организатор. Потом аккуратно отложила несчастные цветы на столик возле дивана, но садиться не стала. Вдруг платье помнется.

– Варвара, значит. И что ты тут делаешь, Варвара? – Мужчина вальяжно прошелся к дивану и сел, закинув ногу на ногу. Только взгляд выдавал всю степень его злости. И напряженная спина. Да и плотно сжатые губы никак не были похожи на добрую улыбку. Хотя на что он злился, лично я не имела представления.

– Жду Жанну, – принялась сбивчиво пояснять. – Она попросила всех выйти и шампанского. Официант принес, мы вышли из номера. Я не знала, куда мне идти, и осталась стоять в коридоре. А потом вы несетесь и «это» несете, – я кивнула в сторону кресла, где парень уже храпел вовсю и чуть ли не слюни пускал.

– То есть ты – не Жанна? – задал вопрос жених, а я поняла, что он не жених вовсе.

Не может же он не знать невесту в лицо. Или он «ее завсегда видел в пальто и в шляпке». Хотя Жанна что-то говорила про несколько месяцев отношений и про планируемый «залет». Не в парандже же они встречались.

Точно не жених!

– Нет.

– А где Жанна? – вкрадчиво спросил не-жених, побарабанил пальцами по подлокотнику дивана. А пальцы-то красивые, тонкие, длинные. Я вообще люблю красивые мужские руки, не изнеженные или слишком худые, а такие, чтоб на руле автомобильном смотрелись уверенно и властно. – Ну-у?

– Не запрягал, чтоб нукать, – автоматически ответила, как всегда отвечаю старшему брату на его противное «ну-у».

– Чего? – брови не-жениха поднялись вверх, а губы растянулись в улыбке. – А ты мне нравишься, Варвара. – Он похлопал рукой по дивану рядом с собой. – Садись, в ногах правды нет. Сейчас будем думать, как нам быть.

– Спасибо, я постою. – Садиться рядом с ним было страшновато. – Платье не хочу помять.

– Хорошо, – он кивнул, – тогда пройдись в спальню и посмотри, что за куча тряпья возле кровати валяется. А я пока охрану вызову.

В спальне возле кровати ворохом лежало платье Жанны, туфли я нашла под прикроватной тумбой. Оглянулась растерянно, не до конца понимая, что происходит. Подняла платье, разложила на кровати, поставила рядом туфли. Фаты и диадемы не было в комнате, зато ведерко с шампанским стояло на столике. И нетронутый фужер.

Я подошла и налила себе напитка до краев. Выпила, морщась от пузырьков.

– Кто ж так шампанское пьет, залпом только водку надо. – Мужчина зашел в спальню так тихо, что я и не заметила; вздрогнула, с грохотом поставила фужер на стол и обернулась.

Не-жених стоял посередине комнаты, за его спиной маячил крепкий мужчина с лицом шкафа и гарнитурой в ухе, в гостиной суетился возле кресла кто-то в белом халате.

– Дела у нас обстоят следующим образом: Жанна сбежала с официантом через окно номера по пожарной лестнице, – при этих словах он кинул взгляд на часы на запястье, – тринадцать минут назад, уехала на машине в сторону города. Найти ее можно, но не вижу смысла. Разберусь с ней позже. Мать ее и сестра ничего не знают, скорее всего. Я приказал их задержать пока в номере. Так как свадьба уже оплачена и приглашены важные люди, отменить ее просто так нельзя. Так что придется тебе поработать невестой. – Мужчина помолчал, рассматривая меня в упор с таким странным выражением лица, как будто сам не верил в свои слова.

– Чего? – Я уселась на кровать, наплевав на платье. – С чего вдруг?

– Я заплачу.

– Да не надо мне. Что за бред! – Я подскочила, намереваясь пройти мимо мужчин на выход. Но кто б мне дал!

Не-жених сцапал меня за руку и поставил перед собой, удерживая за плечи. Даже на своих каблуках я была ему по грудь, да и в весе проигрывала. За его широкой спиной я могла бы спрятаться от ветра и дождя.

– Много заплачу. Сколько хочешь?

– Да пошел ты! – Я попыталась вырваться из цепких рук, но мне это не удалось.

– Предлагаю все спокойно обсудить, – мужчина на меня смотрел равнодушно, я даже восхитилась его самообладанию, если бы не была в шоке.

– Хорошо, – кивнула и была, наконец, отпущена, но выйти из номера все равно не смогла.

В гостиной помимо мужчины, предположительно доктора, который вливал в пришедшее в себя «тело» какие-то лекарства, сидел на диване еще один мужчина. Тоже в черном костюме, тоже важный и представительный, в очках в тонкой оправе на благородном орлином носу. Глаза серые смотрели сквозь стекла цепко и недружелюбно.

Куда я попала?! Что за сборище невозможно важных мужиков с дурными идеями?! И, как назло, телефон остался в номере, я его специально не стала брать на церемонию, чтобы не отвлекал. Родители, конечно, знали, куда я поехала, но раньше завтрашнего утра меня не хватятся. А мужики явно не в себе…

– Присаживайтесь, Варвара, – вежливо предложил не-жених.

И я спохватилась, что даже не знаю, как его зовут и вообще он кто?

– Может, представитесь? А то я вас мысленно «не-женихом» называю, – сказала, усаживаясь в свободное кресло, стоящее поодаль от дивана и через стол от того места, где начало приходить в себя «тело».

– Да, извините, – без тени раскаяния сказал мужчина. – Меня зовут Юрий Эдуардович Терентьев.

Он замолчал так красноречиво, что я уставилась на него во все глаза. Мне что-то должна сказать его фамилия? Имя, может, отчество? Он сын президента? Внук Примадонны?

Так и не дождавшись от меня никакой реакции, Юрий Эдуардович Терентьев продолжил:

– Я владелец СтройГрада в целом и «Мечты» в частности.

– Пока еще, – тихо, но веско бросил тот, что в очках с орлиным носом.

– Да, пока еще.

Тело в кресле хрюкнуло и неуклюже покинуло комнату, направляясь в ванную, доктор последовал за ним, и с ними еще один охранник, который стоял при входе в гостиную.

Мы все проводили взглядом процессию, и Юрий, который Эдуардович, продолжил:

– Это мой младший брат, Кирилл.

Ага, значит, жених. Интересно он собирался жениться, не приходя в себя из алкогольного опьянения. То ли любовь к Жанне так пагубно на него влияет, то ли приворот дал побочный эффект.

– И теперь немного информации. – Мужчина подумал, опять взглянул на часы и продолжил: – Последние четыре года, когда наш отец отошел от дел, я возглавлял холдинг. Пока до недавнего времени наш отец не решил очень неудачно пошутить. Детали опущу, чтобы не занимать много времени. Но суть такова, что до конца месяца кто-то из нас с братом должен жениться. В противном случае право управления и владения холдингом перейдет сторонней организации. – Он замолчал, и в образовавшейся тишине отчетливо было слышно, как медленно, по стеночке возвращается обратно в комнату «тело».

Я уже знала, что его зовут Кирилл, но мысленно продолжала называть «телом». Вообще мысли заметно запаздывали, не успевая за событиями.

Юрий замолчал, молчал мужчина с орлиным носом, охранник-шкаф тоже молчал, доктор готовил капельницу, не произнося ни слова. Брошенный жених мужественно доковылял до спальни и рухнул на кровать прямо в ворох платья, которое я старалась аккуратно разложить.

Не дождавшись далее никаких пояснений, я спросила:

– И при чем тут я?

– На роль жениха был выбран Кирилл, как раз его очень удачно окучивала ваша подруга. Да и вообще, его не жалко, – хмыкнул Юрий своей шутке. – Но так как невеста сбежала, а за столь короткий срок я не смогу найти никого другого, вам придется исполнить ее роль.

– Подождите, вы предлагаете мне постоять возле жениха в саду? Поулыбаться гостям? Формально сыграть роль невесты? Так я согласна, главное, чтоб по-настоящему замуж не идти. – Я уже было обрадовалась и выдохнула с облегчением.

Но, видимо, рано, потому что мужчины, Юрий и тот, с носом, переглянулись, и носач впервые заговорил:

– Боюсь, мой клиент не совсем верно изложил суть дела. Для выполнения условия, поставленного Эдуардом Терентьевым, необходимо, чтобы брак был заключен официально, через органы ЗАГСа сроком не менее, чем на год. Вот условий о консумации, совместного проживания супругов или дополнительных условий о детях в договоре нет. Поэтому жениться придется по-настоящему, а вот проживать вы с супругом можете раздельно. Развод имеете право оформить не ранее, чем через год от даты заключения брака.

До чего же занудные эти юристы. У нас на работе тоже два работают, как начнут своими фразочками разговаривать, ни слова не ясно, только мозги еще сильнее запудрят.

– Тогда я тем более не понимаю, при чем тут я? Замуж я не собираюсь, ни фиктивно, ни на год, никак. Условия вообще как в американском глупом фильме, честное слово.

Мужик с гарнитурой в ухе красноречиво встал в дверном проеме.

– Ну не заставите же вы меня?! В самом деле.

– Не заставим, – согласно кивнул Юрий. – Предлагаю сделку. Я плачу деньги, большие деньги, а ты выходишь замуж за Кирилла.

– Ни за что. У вас столько нет, чтобы я вышла за это пьяное «тело», – выпалила на одном дыхании.

Мужчины опять переглянулись.

– А если заплачу очень большие деньги?

– Сто миллионов долларов и полет на Луну!

– Это несерьезно, – фыркнул Юрий.

– Вас смущает кандидатура жениха? – вступил в наш спор юрист, которого мне так и не представили.

– Меня вообще все смущает. Что вы, взрослые люди, сидите и обсуждаете ерунду. Какой принудительный брак может быть в наше время? – я начала распаляться не на шутку. – Ну потеряете бизнес, работать пойдете! Подумаешь! Я вот работаю и ничего, не сломалась.

– А хотите не работать? – спросил юрист. – Есть у вас, Варвара, мечта? Побывать за границей, пожить в домике у моря? На Монмартре поселиться? Может, хотите квартиру? Первоначальный вклад в собственное дело? И ежегодные дотации?

Вот ведь змей-искуситель, знает, на что давить. Работу свою я действительно не очень любила. Но, не отличаясь особыми талантами, после школы поступила туда, куда хватило баллов на бюджет. Отучилась и пошла туда, куда взяли студентку без опыта. Начальница, злобная мегера, трепала нервы, сама работа не впечатляла, но я по привычке сидела, не рыпаясь.

Юрий с юристом, приняв мое молчание за согласие, стали предлагать варианты один краше другого.

– Возможно, я подумаю. Но за него, – я подбородком указала на кровать, где под капельницей лежало «тело», – не пойду ни при каком раскладе.

Я думала, что старший брат женат, других братьев у них нет, поэтому мой отказ примут за окончательное решение. И опять я просчиталась. Юрий перекривился, смерил меня изучающим взглядом и заявил:

– Так и быть, я на тебе женюсь.