Kitobni o'qish: «Добро пожаловать в Жутвилль!»

Предисловие

В маленьком городке, затерянном среди тёмных лесов и глубоких трясин, вдалеке от людных дорог и шумных улиц, жил-был мальчик…

Мальчик совершенно обычный, такой же, как ты или я. Мальчик, мечтающий о первом велосипеде и ярком фейерверке в праздничную ночь. Мальчик, у которого под кроватью спрятана коробка с настоящими сокровищами, собранными за лето. Мальчик, чей портфель уже вычищен от пыли, избавлен от скомканных записок прошлого года и теперь готов к новым школьным потрясениям. В общем, обычный человеческий мальчик. Вот только жил он совершенно в необычном месте, совершенно с необычными жителями.

О таком городке, как Жутвилль, всегда ходили легенды. Разумеется, только в легендах ему и было место, ведь подобного края просто не могло существовать. Домики в нём были маленькие и ладненькие, словно пряничные, с красными черепичными крышами и бережно подстриженными лужайками. За исключением, разумеется, одного – огромного, чёрного, словно раздутого от количества комнат, покосившегося на один бок и угрюмо глазевшего на всё вокруг своими запылёнными от времени глазищами… Но об этом потом, потом. Не будем портить себе настроение страшными историями.

Городок этот был весёлый, праздничный. Над улочками по вечерам зажигались жёлтые фонари, из окон выплывали запахи печёных яблок и корицы, топлёного шоколада и пряного мясного бульона. Иногда, правда, город наполняли и не такие приятные запахи. То потянет издалека кислой и резкой вонью – это господин Учёный опять проводит эксперименты. То небо над городком подёрнется серой дымкой, а в воздухе, раздражая нос, проявится запах пороха – это ведьмы отмечают свой очередной юбилей. То на улице вдруг померещится сладковато-приторный запах разложения – это вампиры проветривают помещение. А то потянет запахом подгнившей старой тыквы – это проклятый Джек, которому исполнилось уже лет двести, или даже пятьсот, вышел на одну из своих редких неспешных прогулок.

Да, городок этот был что надо. Здесь уживались самые разные необыкновенные существа. Они строили милые домики, шумно отмечали праздники, заполоняя улицы дней на десять, и с трудом затем находили свои жилища. Бывало, перепутает Всадник без головы свой домик с домом Заколдованного Рыцаря, да так и не поймёт, почему это его кровать стоит не на прежнем месте, а в комнатах постоянно что-то звонко брякает, словно гора кастрюль решила сойти с полок и прогуляться по его квартире. А что, здесь и такое бывает!

Жил городок тихо и мирно, никем не замеченный, вот только однажды покой его был нещадно нарушен.

День стоял тёплый, солнечный. Красно-бурые листья устилали уставшую от летней жары землю, в воздухе витали мелкие золотистые пылинки, и городок радостно встречал свою любимую осеннюю пору.

В доме мальчика тоже радовались. Бесчисленное количество родственников сгрудилось в одной маленькой комнатушке под самой крышей. В крохотное окошко лился мягкий свет, в воздухе пахло травами, мёдом и дыханием самых разных волшебных существ. Они толкались, проползали по старым деревянным половицам и пытались как можно ближе подобраться к широкой смятой постели, на которой спали мама и малыш. Напрасно хмурый и огромный, как и любой взрослый оборотень, отец семейства старался вытолкать любопытную родню обратно в коридор. Каждый хотел первым увидеть своего брата, или кузена, или племянника, или вообще непонятно кем приходящегося ему рождённого в эту ночь младенца.

– Кто он? – шипели с разных сторон. – Кем он родился?

– Кажется, я вижу у него тёмный подшёрсток! Должно быть, оборотень, в папашу пошёл.

– Да это ж просто волосы, старый дурень! Ты разве не видишь его уши? Они торчат над головой. Это злобный эльф, не иначе!

– Глупости! Это он на материной руке лежит, вот тебе и кажется.

– Но кто ж тогда? Уж точно не привидение! – хихикнула старая ведьма, наступив на ногу Призрачному деду.

Раздался недовольный заунывный вой, мерцающий силуэт старика взметнулся к потолку, грозно потрясая кулаками в сторону обидчицы.

– Не дуйся, старый, – недовольно отозвалась та, – тебе ж всё равно не больно!

Но всё-таки поспешила спрятаться за чьей-то безразмерной тушей, от греха подальше. С привидениями и ведьмы старались не связываться.

Но не успел затихнуть обиженный вой, как комнату огласил новый крик. Звонкий, высокий и требовательный.

– Ну вот, вы его разбудили! – вздохнул хозяин дома и подошёл к жене и сыну. Медленно склонился над ними и легонько погладил сына по головке. – Человек он, – тихо проговорил мужчина. – Просто человек.

Удивлённый «ох!» заставил стены дома нервно вздрогнуть. Все глаза обратились в сторону малыша, а толкания и драки прекратились. Луп-луп – заморгали они одновременно. Луп-луп.

– Просто человек?! – бездумно повторил кто-то.

– Да, – прошептала мать малыша. – Познакомьтесь с Тимом, первым человеком в нашей семье.

С этого дня никто в городке уже не мог спать спокойно.

Глава 1
С днём рождения, Тима!

Маленькая комнатка под самой крышей пятиэтажного дома с круглым окошком и мятой кроватью за десять лет почти не изменилась. Здесь всё так же пахло травами и мёдом, всё так же скрипели старые доски, и сюда всё так же заливался мягкий и тёплый свет.

Вот только если бы вы присмотрелись внимательнее, то заметили бы некоторые странности. Несколько досок на полу были помечены едва заметными белыми крестами. Под кроватью, где обыкновенно оставляли место для домашнего Монстра, пряталась запылённая картонная коробка, от которой исходил такой сильный дух таинственности, что Монстр уползал в самый тёмный уголок, подальше от подозрительного предмета. Под толстым мягким матрасом лежали скомканные бумажные самолётики с неразборчивыми надписями, а в ящике комода с сотней разноцветных рождественских носков прятались на дне две самодельные рогатки, светящаяся зелёная жижа в стеклянной баночке, свалянный коричневый комок шерсти, три острых клыка, два пучка неизвестных науке трав и один маленький ржавый ножик.

Да, эта комната таила немало интересного. И только её хозяину, обыкновенному человеческому мальчику с короткими тёмными волосами и весёлыми карими глазами, были известны все её секреты. Только он знал, что белым знаком отмечены громко скрипящие доски, и старательно избегал наступать на них во время ночных вылазок. Только он знал, что в таинственной коробке собраны самые ценные находки за лето: древние монеты, обнаруженные на дне реки, и разноцветные фантики со дня летнего праздника фейерверков. Стоило на них посмотреть, как в голове сразу всплывали воспоминания о шипящих на костре сосисках, карамельных яблоках и удачном бегстве от самой злобной компашки не только школы, но и всей Вселенной.

Только мальчик знал, что бумажные самолётики – это тайные послания от друзей со схемами разведки, картами возможных сокровищ и планами (или только мечтами?) отмщения той самой мерзкой четвёрке.

Кстати о ней… Тима выдвинул ящик с разноцветными носками и недовольно оглядел свой боевой арсенал. Что бы сегодня взять с собой в школу? Конечно, приносить с собой что-то помимо учебников и тетрадей было строго запрещено, но сегодня – первый день нового учебного года. День, когда отдохнувшие за лето одноклассники с небывалым энтузиазмом начинают новую беспощадную охоту. На кого-нибудь вроде Тима и его друзей. И к тому же сегодня его день рождения.

Первое сентября уже давно казалось заколдованным. Весь год жители городка спокойно ходили по своим делам, ругались друг с другом, шумно праздновали, отдыхали или работали, но в этот день вдруг вспоминали о Тиме. Вспоминали, что в их городе живёт самый настоящий-пренастоящий человек. Раньше мальчик любил и с нетерпением ждал свой праздник, но с каждым годом этот день становился всё менее и менее весёлым.

В комнату впорхнул бумажный самолётик, и Тима поймал его одной рукой.

– С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!!! – закричал с бумажки заколдованный голос Патрика, напоминая скрип старой телеги. – ЖЕЛАЮ ТЕБЕ ПОЙМАТЬ ВСЕХ ЖАБ С ГРЯЗНОЙ ТРЯСИНЫ, СТАТЬ НЕВИДИМЫМ ДЛЯ СТАРУХИ-МАТЕМАТИЧКИ И БЕГАТЬ БЫСТРЕЕ ОБОРОТНЯ, ПОТОМУ ЧТО В НОВОМ ГОДУ МЫ ДОЛЖНЫ НАКОН… НЕЦ, – послание стало заикаться. – …УЖ… Е… ДАВНО… И… ОНИ… БРОСИТЬ В ЯМУ…

Кого Патрик собирался бросить в яму, так и осталось неизвестным. Заклинание иссякло, и в руках Тимы остался простой бумажный самолётик с рисунком, напоминающим то ли гоблина, то ли тролля из соседнего дома.

– Надеюсь, это не мой портрет, – хихикнул Тима и по привычке сунул записку под матрас. – Бегать быстрее оборотня было бы неплохо. Особенно сегодня…

Мальчик тяжело вздохнул, схватил рюкзак, закинув туда банку с неопознанной зелёной жижей, и вышел из комнаты.

Но проскользнуть по-быстренькому на улицу Тиме не удалось. Многочисленные родственники, которые по непонятной причине ещё много лет назад заполонили их дом, решили замучить мальчика поздравлениями с самого утра.

Не успел он и шагу ступить из своей комнаты, как на него накинулся подкроватный Монстр. Заунывно воя, скрежеща зубами и издавая всякие будоражащие кровь звуки, в которых с трудом можно было распознать пожелания счастья и здоровья, подкроватное чудище обильно заливало лицо мальчика красными, словно свежая кровь, слюнями и виляло шипастым тяжёлым хвостом. Как на самом деле выглядел этот Монстр, никто доподлинно не знал, ведь каждый видел его по-своему. Но, подобно всем обычным мальчикам, Тима так сильно мечтал о своей собаке, что невольно видел в бесформенном чудовище нечто похожее на милого, хоть и странного щенка. Настоящую собаку завести ему не разрешалось. Всё-таки для его отца, солидного оборотня, это стало бы небывалым оскорблением.

С трудом выбравшись из тисков Монстра и стерев с себя склизкие слюни, Тима потрепал его по голове.

– Спасибо, Монстрик! Но лучше бы ты с такой же энергией гонял моих врагов!

Чудовище поджало хвост и поспешило убраться куда подальше. Ведь на самом деле оно само боялось всего непонятного и кричащего.

– Это что у тебя за враги завелись? – вдруг раздался над головой высокий воющий голос.

– Привет, дедуль! – помахал Тима парящему над ним призраку. – Да так, есть несколько. Всё-таки я уже взрослый и хожу в школу. А это, сам понимаешь, место довольно опасное.

Дед засветился голубым сиянием, и по коридору разнёсся странный высокий звук. Если бы вам не сказали, вы бы ни за что не поняли, что это смех.

– Знаю-знаю, – закивал призрак. – Бывали и сами. Ну, я думаю, ты ведь теперь совсем большой стал, справишься и сам?

– Справлюсь, дедуля, справлюсь.

– Вот и умница! – радостно воскликнуло привидение и поспешило скользнуть сквозь стенку.

Тима только с улыбкой покачал головой. Привидения – тоже не самый смелый народец. Да и с памятью у них вечные проблемы. Никогда толком не поймёшь, то ли они разговаривают с тобой, а то ли с кем-то из давно минувших дней.

Тима заскочил на перила и со свистом покатился на первый этаж. Родители никогда не разрешали кататься без присмотра феи-крестной, но Тима решил, что сегодня случай особенный. К тому же так можно было избежать долгих поздравлений на каждом этаже. Но его надежды не оправдались.

Его то и дело останавливали, и каждый желал поздравить красочнее и громче остальных. Три тётушки-ведьмы со своими дочками громко спели песню собственного сочинения (у мальчика от этих звуков чуть кровь из ушей не потекла). Их мужья-колдуны петь отказались и подарили мальчику затычки для ушей. Дядя-зомби долго щёлкал зубами, вспоминая заученные ещё в детстве стихи, а потом так же долго пялился в пустоту, пытаясь собрать мысли воедино. Но мысли разлетались серыми мушками, и пришлось снова обращаться к ведьмам, чтобы те словили их сачком и запихнули обратно в лысую голову горе-зомби. Стих пришлось выслушать с самого начала.

На другом этаже двоюродная тётя Зубная фея велела открыть рот и показать зубы, всё ещё надеясь обнаружить у Тимы вампирские клыки. «Ну не может же он и вправду быть человеком?» – удивлялась она. Подаренную ею пасту для роста клыков мальчик решил скормить вечером Монстрику.

Два дяди-вампира со своими жёнами и сыновьями – двоюродными братьями Тимы, – напротив, клыки искать отказывались и всё разглядывали его глаза в надежде увидеть там красноватый блеск. Никакого блеска так и не увидели, зато надарили множество чесночных оберегов. Тима припрятал их в рюкзак.

На втором этаже дядя-скелет помахал мальчику рукой из своего шкафа и заверил, что Тима может поделиться с ним любым секретом, и о нём никто никогда не узнает.

А в самой большой гостиной, где находилась огромная бабушкина гробница с яркой позолотой и цветными рисунками на стенах, пришлось выслушать долгую и длинную проповедь о золотых временах и горестях современных дней. Бабуля, уже давно превратившаяся в почтенную скукоженную мумию, подарила мальчику тяжёлый золотой слиток. Что с ним делать, мальчик не представлял – никто уже давно не пользуется золотом, – но поблагодарил старушку и понадеялся, что слиток можно будет обменять на двухколёсный велосипед.

Когда Тима наконец добрался до кухни, там уже витал густой аромат свежесваренного какао и аппетитно пахло шипящим на огне беконом.

– С днём рождения! – дружно крикнули родители.

Отец в мгновение ока оказался рядом с Тимой и тут же подкинул его вверх, словно какой-то мячик. Мама же, высокая эльфийка с золотыми потоками волос, радужными крылышками и острыми ушками, подлетела к потолку и подхватила сына на руки.

– Как сейчас тебя зацелую! – воскликнула она.

Тима поморщился и попытался вырваться.

– Ну ма-а-а, – затянул он. – Я уже не маленький, опусти. В такие игры только малыши играют.

И правда, раньше мальчик всегда смеялся, подлетая в воздух, но сейчас его затошнило и захотелось поскорее почувствовать пол под ногами. Да и друзья, скорее всего, его уже давно заждались.

– Хорошо, хорошо, – с улыбкой ответила мама и вернула сына на место. – Постоянно забываю, каким взрослым ты уже успел стать.

Она всё-таки умудрилась чмокнуть его в щёку, Тима смущённо улыбнулся и незаметно стёр мокрый след.

– Будешь завтракать, именинник? – с весёлой улыбкой спросил отец.

– Нет уж, – ответил Тима, поднимая с пола упавший рюкзак. – А то опять кто-нибудь захочет меня поздравить, и тогда я точно опоздаю в школу.

– Возьми хотя бы бутерброд, – тут же засуетилась мама, но Тима, мгновенно оценив ситуацию, попятился к двери.

– Меня Патрик ждёт, он принесёт конфет! Пока! – закричал он уже с порога и пулей выскочил на улицу.

– Но конфеты – это не еда! – понеслось ему вслед, но Тима уже бежал по улице.

Прямо мимо трёх домов, по вздыбленному мостику через ручей, под тень высоких деревьев, шурша горящей огнём листвой, к старому корявому дубу.

– Эй! Берегись! – закричал Тима и с разбегу налетел на прикорнувшего под деревом друга.

Они кубарем полетели по тёплой земле, разметая листья, пачкаясь в золотистой пыли и сминая друг друга.

– Совсем спятил! – заорал Патрик, высвобождаясь из захвата и поднимаясь на ноги.

– Я тренирую внезапную атаку, – усмехнувшись, ответил Тима, вставая и потирая ушибленную руку. – Дядя Драк говорит, что я могу оказаться вампиром, а они всегда нападают быстро и бесшумно.

– Ага, «внезапную», – недовольно засопел Патрик. – Чего ты тогда орал на весь лес?!

Лицо друга недовольно порозовело, и в глазах его начали собираться крупные слёзы обиды. Вот так всегда. Глаза Патрика словно содержали в себе слишком много воды и по малейшему поводу пытались излить их наружу. И это ещё сын клоуна!

Патрик был кудрявым, низеньким и кругленьким. Ремни его зелёных подтяжек всегда плотно давили на плечи, а рубашка в розовую полоску делала его похожим на пончик в праздничной обёртке. На лице его всегда горел румянец смущения, круглый красный нос смешно морщился, глаза смотрели испуганно, а кожа ещё не приобрела тот молочно-белый цвет, что отличал его родителей-клоунов. Конечно, несколько ведьм в их семье и, говорят, даже его дяди-гоблины, могли немного изменить цвет его кожи, но всё-таки все ждали, когда же Патрик наконец побледнеет. Ну и слёзы, конечно. Они были его неотъемлемой частью и делали Патрика постоянной жертвой презрения и насмешек. Так они и подружились. Кто ещё, кроме несчастного изгоя, станет дружить с человеком!

Тима стряхнул с себя листья и с улыбкой поглядел на друга. Слёзы там или нет, но он ни за что не променяет Патрика даже на двухколёсный велосипед или новые рогатки. Его друг умел заливисто хохотать, всегда угощал Тима конфетами и мог нарисовать любого жителя города с удивительной точностью. А ещё он хранил все-все секреты, даже лучше дяди-скелета, и никогда не убегал от опасности. Даже если при этом громко и сопливо плакал.

– Ты получил моё поздравление? – всё ещё обиженно спросил Патрик.

– Конечно, – кивнул Тима. – Спасибо! Постараюсь бегать быстрее оборотня! Только я так и не понял, кого ты там в яму собрался кидать?

– Как будто не знаешь, – буркнул Патрик. – Эта тупоголовая четвёрка опять вчера шаталась под нашими окнами и так мерзенько хихикала… Вот увидишь, они нам сегодня проходу не дадут. А сбросить их в яму – это новый план Фи.

– А-а, – закивал Тима, – ну, тогда всё понятно.

У Фи всегда был какой-то удивительный интерес к сбрасыванию кого-либо или чего-либо в огромную яму, которая находилась на границе Края. Вот только её планы ещё ни разу не удалось осуществить.

– Они с Рахи встретят нас около школы, – добавил Патрик. – Так что пойдём скорее, не хватало ещё опоздать в первый же день!

Мальчики подхватили свои вещи и двинулись через лес. Они всегда выбирали именно этот путь, чтобы избежать наполненных учениками улиц и избавить себя от лишних шепотков и косых взглядов.

– Кстати, ещё раз с днём рождения! – улыбнулся Патрик и протянул другу несколько цветных леденцов и большую старую монетку из своей коллекции, которая всегда так нравилась Тиму.

– Ух ты! Хочешь отдать её мне? – с неподдельным восторгом спросил именинник.

– Конечно, забирай. Ты же хочешь новую монетку в коллекцию. А мне она уже надоела.

– Ты настоящий друг, Патрик! – Тима с благоговением принял подарок и аккуратно уложил его в потайной кармашек рюкзака. Он точно знал, что Патрик немножечко соврал и эта монетка нисколько ему не надоела.