Поляк

Книга трепетная. В повествование вплетена музыка, она чувствуется все время. Она часть музыканта, исполнителя, она пробуждает волнение в душе молодой женщины. Так прекрасно, так чувственно, волнующе.

Об этой книге сложно писать. Она совсем короткая и на первый взгляд несколько унылая, однако же я прочитала её буквально за несколько часов в поезде и не могу перестать о ней думать.

Польский пианист Витольд Вольчукевич, знаменитый интерпретатор Шопена, приезжает с концертом в Барселону. Организацией его концерта занимается Беатрис, 50-летняя женщина, у которой внешне всё очень благополучно (муж-банкир, двое взрослых детей, много денег и куча свободного времени). Витольд старше Беатрис лет на двадцать, они абсолютно разные, говорят на разных языках, по-разному понимают Шопена и жизнь в целом. Он уверен, что встретил любовь всей своей жизни, свою Беатриче, она вообще не понимает, что это и зачем оно ей.

Я читала Кутзее и раньше, он мне кажется несколько холодным и отстраненным, потому что рассказывает свои истории без эмоций, как будто бы глядя через стекло, между ним и его героями всегда дистанция. В "Поляке" это видно даже больше, чем в других книгах. Потому что о любви (если это конечно любовь) так писать вроде бы нельзя. Однако же за лаконичность и точность, за отсутствие всякого пафоса и морализаторства, всю холодность автору прощаешь.

В этой короткой истории очень много недосказанного, внешне всё просто, а внутри очень сложно, даже слишком сложно. Вначале любопытно, куда это все приведет, потом оба персонажа бесят (один своим бесцеремонным напором, вторая - тем, что сама не знает, чего хочет), потом недоумеваешь, при этом никому не сочувствуешь. Какие-то моменты у меня даже легкое отвращение вызвали. Книжку закрываешь, остаешься в растерянности, не можешь понять, понравилось тебе или нет. Но наверное в том мастерство автора и заключается, что он разбередил столько противоречивых чувств и заставил тебя сто раз прокрутить историю в голове.

Рекомендовать сложно, слишком неоднозначно и, может быть, даже местами странно. Но если вы неоднозначное и странное любите, то пробуйте.

Кутзее искусно раскрывает взаимоотношения героев. Эта новелла, переплетаясь с лавстори, анализирует различия в возрасте, взглядах на отношения и музыку. Но это не просто любовная история, а глубокая, сложная повесть, приглашающая к рефлексии после прочтения.

«Человека нужно обнадёживать, особенно женщину. Человеку нужны доказательства, что он кому-то важен.»

Приятно отметить, что моё знакомство с творчеством Кутзее началось с этой прекрасной книги: уравновешенно-спокойной в исполнении и вдумчивой в содержании. Присутствует в его прозе нечто обволакивающее, какая-то меланхоличная отстранённость. Он не создаёт многотомных эпопей, достаточно сдержан и лаконичен в выражениях, однако даже такая небольшая по объёму и умеренная по звучанию работа побуждает к размышлениям о том, что для вас значимо в жизни.

Разговор про звучание здесь не случаен, потому что в этой истории не последнее место отведено музыке Шопена, которую пианист Витольд с труднопроизносимой польской фамилией интерпретирует на свой неповторимый лад: не излишне романтично, как принято, а скорее строго, что в кругу элитного сообщества поклонников симфонической музыки Барселоны, куда он приглашён для выступления, выглядит странным и диковинным.

И вот таким же непонятным и причудливым оказывается его чувство к Беатрис, жене банкира, которая организует подобные гастроли.

Ему 72, ей под 50 (уже все сейчас успели покрутить пальцем у виска?), он всего лишь приглашённый гость, она предпочитает спокойствие и не склонна к чувственным порывам. Или всё-таки нет?

Вроде бы всё неловко, неуместно, плюс «трудности перевода», когда разговаривать приходится на обоюдно-чужеродном английском и кандидат не самый подходящий и не соответствующий возвышенным общепринятым критериям.

И вдобавок базируется на контрасте – возраст, неодинаковое восприятие отношений и разная степень «отдачи» в них, различное толкование музыки и многое другое.

А главным, видимо, остаётся вопрос: было ли это мимолётной связью на закате жизни или что-то более существенное и значительное.

Хотя, наверное, есть что-то противоестественное в том, чтобы любить, не ожидая ответного чувства...

Книга не столько о чувствах, сколько об образах, возникающих в связи с чувствами. И еще о внутреннем проживании взаимодействия чувств и образов людей, между которыми возникло позднее романтическое чувство - у музыканта, и запоздалый отклик на него - у Беатрис.