Kitobni o'qish: «Весна в Париже», sahifa 2

– Оставь подробности при себе, – оборвал Корридон.

Роулинс подошел к комоду. Из верхнего ящика он достал сумочку Милли, открыл ее и вывалил содержимое на стол. Пудреница, портсигар, кошелек с шестью пятифунтовыми банкнотами, грязный носовой платок, несколько визитных карточек, перехваченных резинкой… Роулинс заглянул в сумку.

– Ничего больше нет. Эй, Йетс!

Сержант – невысокий широкоплечий мужчина с седой головой и внимательными голубыми глазами – подошел к ним, безучастно осмотрел Корридона и перевел взгляд на Роулинса.

– Ты не видел здесь кольца из светлого камня? – спросил инспектор.

– Нет. Мы все перерыли, но ничего подобного не заметили.

– Поищите-ка еще, – приказал Роулинс. – Это очень важно. Постарайтесь как следует.

Йетс приступил к поискам, а инспектор открыл дверь ванной и поманил к себе Корридона.

Ванная была небольшая, и мужчины едва в ней уместились. Роулинс закрыл дверь, подошел к унитазу, опустил крышку и сел.

– Садись на край ванны, – великодушно пригласил он Корридона.

– А почему нельзя поговорить в комнате? – поинтересовался Корридон. – К чему такая таинственность?

– Когда ты в последний раз видел полковника Ричи?

Корридон не сумел скрыть изумления.

– Чего это ты вспомнил о нем?

– Перестань валять дурака, – попросил Роулинс. – Знаешь ведь, что мне не до шуток. Отвечай на вопрос. Скоро все поймешь.

Корридон достал пачку сигарет и протянул Роулинсу. Они закурили.

– Мы не встречались с сорок пятого года.

– Он хороший парень.

Корридон промолчал. Мысли его обратились к не очень далекому прошлому, и перед глазами, как наяву, встал полковник Ричи. Он бы не стал называть его хорошим парнем – не то слово. Ричи мог быть очаровательным, когда хотел. Он мог быть жестоким. Многих друзей Корридона он посылал на смерть. Жалел их, но все же посылал не колеблясь.

– Хочешь повидаться снова? – спросил Роулинс.

– Нет уж, спасибо, – просто ответил Корридон. – Он опять будет звать меня к себе. А такой работой я сыт по горло.

Роулинс помрачнел:

– Жаль. Ему нужны надежные люди. Подумай: хорошая жизнь, достаточно волнующих впечатлений, путешествия и неплохие деньги.

– Деньги – навоз, – сухо сказал Корридон. – А волнения мне ни к чему. Все это было хорошо во время войны; сейчас мирное время. К твоему сведению, я очень люблю жизнь, можешь поверить. Так при чем тут Ричи?

– Я с ним вчера разговаривал. – Лицо Роулинса вновь озарилось улыбкой. – Он сказал, что припас для тебя работенку. Тебе ведь не надо долго готовиться, не так ли?

Корридон беспомощно пожал плечами:

– Почему ты суешь нос в мои дела? Я ни в чем не нуждаюсь. И вообще, в конце недели я еду в Париж.

– Ты? – удивился Роулинс. – По девочкам соскучился? Ну-ну, не смею отговаривать.

– Это кольцо имеет отношение к Ричи? – спросил Корридон.

Роулинс кивнул:

– Ничего не собираюсь от тебя скрывать. Да, оно имеет отношение к Ричи. Но он сам тебе расскажет. Это я и имел в виду, когда сказал, что жизнь полна неожиданностей. Сейчас мы поедем к нему.

– Я не поеду, – быстро проговорил Корридон и встал. – Не буду огорчен, если никогда больше его не увижу. Для грязных делишек найдутся другие. Я свое уже отработал.

Роулинс с сожалением посмотрел на него и поднялся на ноги. На этот раз он выглядел усталым.

– Не ерепенься, старина. Он захочет услышать о кольце. В конце концов, речь идет об убийстве. Ты должен помогать следствию.

– Какое это имеет отношение к Ричи?

– Большое. – Роулинс едва сдержал зевок. – Поехали, не тяни резину. Что ты теряешь? При твоем содействии мы возьмем убийцу. Милли была твоим другом. Разве не ты крестный отец ее дочери?

– Не мели ерунды, – усмехнулся Корридон. – Не то доведешь меня до слез. Хорошо, едем.

Роулинс засиял:

– Я знал, что ты согласишься. Поэтому сказал Ричи, что в ордере на арест необходимости нет.

– Значит, он по-прежнему прибегает к своим старым трюкам, – мрачно отметил Корридон. – А если бы я отказался, он бы упрятал меня в тюрьму. У него опять пропали бы часы?

Роулинс закрыл один глаз:

– На этот раз – портсигар. Повернись-ка лучше ко мне спиной, я пощупаю твой карман.

Корридон повернулся к нему спиной, его лицо ничего не выражало.

– Значит, в случае моего отказа месяц отсидки был бы мне обеспечен?

Роулинс весело рассмеялся:

– С тобой трудно иметь дело, Корридон. Ты заранее знаешь все ходы. Между нами говоря, на этот раз месяцем бы не обошлось. Минимум два. Ричи действительно очень хочет тебя видеть.

Глава третья

Толстая и рыхлая мисс Флеминг стучала на пишущей машинке, когда Роулинс и Корридон вошли в приемную.

Корридон с отвращением посмотрел на нее. Просто не верилось, что женщина может быть такой непривлекательной и неряшливой. Он вспомнил, что то же самое подумал, когда шесть лет назад пришел проститься с Ричи и впервые увидел мисс Флеминг. За это время она ничуть не изменилась. Такой же красный и лоснящийся нос, такие же растрепанные волосы и серая безвкусная одежда.

Да, разумеется, она чрезвычайно добросовестна, свободно разговаривает на десяти языках и за работу во время войны награждена орденом. О многом уже свидетельствовал тот факт, что она была личной помощницей Ричи. Но, несмотря на все ее достоинства и заслуги, Корридон не понимал, как Ричи ее терпит.

Мисс Флеминг подняла голову, равнодушно оглядела вошедших и махнула рукой в сторону двери, рядом с которой стоял ее стол.

– Пройдите, пожалуйста. Полковник ждет вас.

Роулинс широко улыбнулся.

– Благодарю, – радушно начал он. – Какой сегодня чудесный день, прямо…

Остальную часть фразы заглушил стук пишущей машинки. Мисс Флеминг начала работать.

– Оставь свои манеры для Армии спасения, – посоветовал Корридон. – Фанни этим не пробьешь.

Роулинс неодобрительно покосился на него, открыл дверь и прошел в кабинет.

Полковник Ричи стоял перед небольшим камином, заложив руки за спину. Высокий – более шести футов ростом, широкоплечий, мощный, в то же время стройный, он поражал отличной выправкой. Седые волосы были коротко подстрижены, черная повязка скрывала левый глаз, потерянный еще в Турции.

Он перевел взгляд с Роулинса на Корридона и улыбнулся.

– Здравствуйте, Мартин. Очень рад вас видеть.

– Не сомневаюсь, – сухо сказал Корридон, пожимая руку. – А вы неважно выглядите, полковник.

– Не удается вести спокойную жизнь, – отозвался Ричи, продолжая улыбаться. – Очень много работы. – Он указал на кресла. – Садитесь. В нашем распоряжении не более получаса. В двенадцать у меня важная встреча в Министерстве иностранных дел.

Корридон сел, достал сигарету, закурил, а пустую пачку бросил в камин. Потом, испытывая некоторое беспокойство, огляделся по сторонам. Он злился на себя… Только сумасшедший возьмется добровольно помогать Ричи. И все же, видя перед собой усталое, с опущенными уголками рта лицо, набрякшие мешки под глазами, Корридон почувствовал почему-то угрызения совести.

Ричи хорошо относился к нему, и они всегда были друзьями. Ричи спас его от полиции, когда он убил секретаря посла. Старая история – но если бы полковник тогда не вмешался, многое сейчас было бы по-другому. Именно благодаря Ричи его наградили орденом и дали небольшую пенсию за раны, полученные в гестапо. Да, Ричи был хорошим человеком, но это не значит, что Корридон должен снова работать с ним…

– У вас задумчивый вид, – заметил Ричи. – О чем печалитесь?

Корридон улыбнулся:

– Меня удивляет, что вы так дрожите над своей ужасной мисс Флеминг. Почему бы вам не посадить в приемной кого-нибудь поярче и посимпатичней?

Ричи усмехнулся:

– А в чем дело? Она умна.

– Не спорю. Но разве это главное?.. Ладно, оставим. Роулинс собирается вам кое-что рассказать.

Роулинс давно нетерпеливо дожидался своей очереди. Поймав взгляд Ричи, он быстро и четко доложил об убийстве Милли.

– Корридон знал ее, – заключил инспектор. – Вчера вечером они встречались. Она показала ему нефритовое кольцо, которое нашла у себя в комнате, – очевидно, обронил кто-то из клиентов.

– Нефритовое кольцо? – Лицо полковника напряженно застыло.

– Кольцо лучника, – сказал Корридон. – Вы, наверное, видели такие в Британском музее. Хотя, возможно, у Милли была копия.

Ричи неторопливо залез в карман жилетки, достал небольшой предмет и кинул Корридону.

– Похоже? – спокойно спросил он.

Корридон поднял с пола упавшее светлое кольцо и внимательно рассмотрел его.

– Да. То самое?

Ричи покачал головой:

– О нет. Подобных колец существует множество. Полагаю, все они пронумерованы. Если вы заглянете внутрь, то увидите цифры. Не обратили внимания на номер кольца, которое попало к вашей знакомой?

Корридон подошел к окну и, внимательно присмотревшись, увидел цифры 1 и 2, глубоко выгравированные в светлом камне.

– Боюсь, нет. Там было темно, а Милли не хотела, чтобы его кто-нибудь заметил.

– Жаль, – произнес Ричи и повернулся к Роулинсу. – Кольца, разумеется, не нашли?

Инспектор покачал головой:

– Йетс сейчас ищет, но я сомневаюсь в успехе.

– Не найдут, – мрачно проговорил Ричи.

– Корридон думает, что видел этого парня, – будто невзначай сообщил Роулинс. – Только он не обратил на него внимания.

Корридон поймал на себе взгляд полковника и почувствовал, как краска заливает лицо.

– Да, я упустил этого типа… Но я же не знал, что он собирается ее убить!

– Не волнуйтесь, – сказал Ричи. – Сейчас делу уже не поможешь. Хотя, должен заметить, на вас это не похоже. Легкая жизнь заставила вас растерять свои таланты.

– Мне они ни к чему, – огрызнулся Корридон. – С какой стати я должен интересоваться всем окружающим?

– Зоркий глаз всегда полезен, – спокойно произнес Ричи. – Помню время, когда вам было достаточно одного взгляда, чтобы запомнить наизусть целую газетную полосу. Теперь вы ведь не способны на это?

– Не знаю, давно не пробовал, – хмуро ответил Корридон. – Если вам больше ничего не надо, то я лучше пойду. У меня дела. Кроме того, насколько помнится, вы опаздываете на встречу.

Роулинс встал.

– Я вам не нужен, полковник?

Ричи покачал головой.

– А вас прошу задержаться, Мартин. Еще несколько слов.

Роулинс ушел.

– Простите, полковник, – заговорил Корридон после паузы. – Я знаю, что вы заняты, поэтому не хочу тратить ваше время. Мне не нужна работа.

Ричи сел за большой письменный стол и взялся обеими руками за папку, серьезно глядя на Корридона.

– А деньги вам нужны?

Корридон улыбнулся.

– Военное ведомство сейчас не платит таких денег, – сказал он. – Давайте не будем.

– У вас много свободного времени? – спросил Ричи.

Корридон исподлобья посмотрел на него.

– Что вы имеете в виду?

– Я слышал, вы стали мошенником. У вас далеко не блестящая репутация в Сохо.

– Роулинс может наговорить много лишнего, – сказал Корридон и снова покраснел. – Не следует обращать внимания на его сказки.

– О, я и не обращаю. У меня есть другие источники информации. На прошлой неделе я разговаривал с Айзексом. Он хотел, чтобы вы занялись контрабандой – ввезли партию швейцарских часов, и предлагал вам сто фунтов за работу. Вы взяли пятьдесят, но работу не выполнили. Полагали, что он шуметь не станет, не так ли?

– Возможно. Обмануть такую крысу, как Айзекс, – это даже не мошенничество. Между прочим, откуда вы его знаете?

Корридон погасил сигарету и посмотрел на часы.

– Мне приходится сталкиваться с самыми разными людьми, – ответил полковник. – Я согласен с вашей оценкой Айзекса… Однако ваши методы мне не нравятся. Вы можете быть честным сами с собой, Мартин? Люди говорят, что вам нельзя доверять. Когда мы работали вместе, я мог верить вам, как себе.

– И Брут был честным человеком, – улыбнулся Корридон, хотя ему было не до смеха. – Дело в том, полковник, что я с вами больше не работаю и сам отвечаю за свои поступки.

– Верно. – Ричи нахмурился, и вдруг стала заметна его страшная усталость. – Двести фунтов стерлингов могут оказаться вам полезными?

Корридон замер.

– Это предложение или подарок?

– Есть работа… Если она будет выполнена успешно, плата составит двести фунтов, – отчеканил Ричи. – Устраивает?

Корридон невольно поежился под холодным взглядом светло-серых глаз.

– Только не говорите мне, что военное ведомство готово выложить такую сумму.

– А почему бы и нет? К несчастью, вы, похоже, единственная кандидатура… – Ричи посмотрел на него и сухо добавил: – Деньги будут выплачены по завершении задания.

– Вы на редкость удачно прикидываетесь ублюдком, – засмеялся Корридон. – Знаете, убирайтесь со своей мизерной платой. Мне не нужны ни ваши деньги, ни ваша работа.

Ричи улыбнулся.

– Я рад слышать, что вам не нужны мои деньги, – сказал он. – Тогда, быть может, имеет смысл воззвать к вашим патриотическим чувствам?

Корридон встал:

– Зря тратите время… Почему вы выбрали меня? Почему сами не беретесь за это дело, если уж оно так важно?

– Я выбрал вас потому, Мартин, – просто ответил Ричи, – что это дело для человека, лишенного чести и совести, для человека лживого и нечистоплотного. Поэтому я выбрал вас.

Корридон засмеялся:

– Похоже, вы говорите серьезно.

Холодные серые глаза встретили его взгляд.

– Да, я говорю серьезно. У вас дурная репутация. Вас не заподозрят. Эта работа придется вам по душе. Возможно, предстоит небольшое ограбление. Не утверждаю наверняка, но, вероятно, так и будет… Ну, желаете выслушать?

Корридон снова сел.

– Вы, кажется, собирались в Министерство иностранных дел? – спросил он, кивнув на часы на столе. – Разве у вас есть время?

Ричи встал, вышел из кабинета, что-то сказал мисс Флеминг и тут же вернулся.

– Важнее этого дела ничего нет. Даже вы в этой связи обретаете некоторое значение.

– Что ж, расскажите мне о нем. Ничего не обещаю, но выслушать – выслушаю.

– Я буду краток, – торопливо заговорил полковник. – У нас в стране существует организация, которая растет и ширится с каждым днем. Ее цель – нанести государству как можно больший ущерб. Понятия не имею, кто за ней стоит, но подозреваю, что финансируют ее наши враги в Европе. Уверен, что глава организации куплен. Допустим, к примеру, что за ним стоят силы, которым не нравится экспорт нашего угля на их рынок. Средства не ограничены. В организации есть люди, работающие на шахтах; им даются инструкции. Месяц спустя начинаются диверсии – и экспортные поставки летят к черту.

Возьмем другой пример. Вы, должно быть, помните, что недавно в результате несчастного случая погиб министр по европейским делам. Так вот, никакого несчастного случая не было. Он стал мешать одной европейской стране, и эта организация подрядилась его убить. Я не хочу терять времени на подобные примеры. В арсенале методов – саботаж, забастовки, убийства и так далее. Мы пытаемся выйти на заправил.

Корридон пожал плечами:

– Не вижу здесь своей работы. Надеюсь, вы не рассчитываете, что я найду главаря?

– Думаю, вам это удастся быстрее и легче, чем кому-либо другому.

– Потому что…

– Потому что руководитель организации любит людей вроде вас. Он ищет недовольных, ищет тех, кто нуждается в деньгах и готов получить их любым путем, тех, кто лишен чувства патриотизма. У вас отличное досье со времен войны, и ваша теперешняя репутация может только привлечь его.

– Тем не менее до сих пор ничего подобного не произошло.

– Вы ведь не сделали и шагу навстречу… Недавно мы взяли одного из их людей – пытался уничтожить завод в Харуэлле². Мы нашли у него кольцо и убедили говорить. Теперь нам известно, что заведение на Вестерн-авеню под названием «Тепленький насест» – одно из мест, где они собираются. Но он оказался слишком упрям и, прежде чем мы успели снять второй допрос, покончил с собой в камере.

– И вы хотите, чтобы я посетил «Насест» и посмотрел, что из этого выйдет?

– Да. Вы бывали там?

Корридон кивнул:

– Владелец – майор Джордж Мэйнворт. Мы знакомы. Думаете, он с ними связан?

– Не знаю. Мне известно лишь, что время от времени там собираются члены организации. Ну, займетесь этим?

– Вот что я сделаю. – Корридон встал. – Я схожу туда и посмотрю, что это такое. Никаких усилий для связи с ними прилагать не стану. Но если мне будет предложено примкнуть к ним, предложение я приму. Не исключена возможность, что не произойдет ничего. В таком случае я выхожу из игры и уезжаю в Париж. Так что обещаний не ждите. Вы меня знаете.

Ричи улыбнулся:

– Устраивает. Только держитесь от меня подальше, Мартин. Не пытайтесь связаться со мной ни по телефону, ни письменно. Эти люди, если они вас примут к себе, будут за вами следить. Их нельзя недооценивать. Они функционируют уже шесть месяцев и совершили всего одну ошибку. Будьте осторожны.

Корридон пожал плечами.

– Цыплят по осени считают, – заметил он. – И все же, как я дам вам знать?

– Один из моих людей войдет с вами в контакт, не беспокойтесь. Какой возьмем пароль?

– «Весна в Париже», – ответил Корридон с кривой улыбкой. – Это придаст мне энергии.