Kitobni o'qish: «Догадайся сам», sahifa 3

Глава пятая

Мы с Керманом сидели у пустого камина в библиотеке, а у двери стоял полицейский и украдкой наблюдал за нами, старательно изображая безразличие.

Обо всем случившемся мы уже сообщили сержанту Макгроу и теперь дожидались капитана Брендона. Едва услышав, кто такой Дедрик, Макгроу сказал, что с нами захочет побеседовать капитан полиции. Теперь мы его ждали.

В соседней комнате работали ребята из убойного отдела: они снимали отпечатки пальцев, фотографировали тело и комнату, искали улики.

Они довольно часто звонили по телефону. То и дело подъезжали и уезжали автомобили. Через какое-то время я услышал лающий голос и толкнул локтем Кермана:

– Брендон.

– Как он будет рад встретить нас здесь! – усмехнулся Джек.

Полицейский сердито посмотрел на него и засуетился: одернул мундир и обследовал свои пуговицы. Капитан Брендон умел поддержать дисциплину, и полицейские перед ним трепетали.

В комнате воцарилась тишина. Прошло полчаса. Стрелки моих часов показывали пятнадцать минут первого. Керман дремал, а мне очень хотелось выпить.

Наконец дверь распахнулась, и в комнату вошли капитан Брендон и лейтенант Мифлин из убойного отдела.

Я толкнул Кермана локтем, и он открыл глаза. Брендон смотрел на нас с таким презрением, как великий герцог посмотрел бы на грязные следы сапог на своей кровати.

Брендон, невысокий коренастый здоровяк, с лоснящимся бело-розовым лицом, копной седых волос и холодными проницательными глазами, был честолюбив, но не слишком умен. Он добился своего положения, потому что умело использовал способности Мифлина. Капитаном полиции он стал десять лет назад. Теперь он ездил на «кадиллаке», обзавелся домом с семью спальнями, его жена носила норковое манто, а сын и дочь учились в университете. Вряд ли он мог так жить на свое жалованье. Поговаривали, что Брендон берет взятки, но, насколько мне было известно, еще никто не пытался изобличить его. Все знали, что он фабриковал улики и поощрял жестокость своих полицейских. Он имел большие полномочия и был опасен.

– Ну что, уже влезли в эту историю? – спросил он своим хриплым голосом. – Где еще найти таких шакалов?

Мы с Керманом благоразумно промолчали. Скажи что-нибудь сгоряча Брендону – и окажешься за решеткой.

Он взглянул на полицейского, который как истукан стоял у двери, и буркнул:

– Выйди!

Тот вышел на цыпочках и осторожно закрыл за собой дверь, словно она была сделана из яичной скорлупы.

Мифлин обнадеживающе подмигнул мне из-за плеча начальника.

Капитан сел, вытянул свои короткие толстые ноги, сдвинул на затылок шляпу, похожую на пирог со свининой, и достал свою вечную сигару.

– Давайте все сначала, – сказал он. – Я хочу уточнить пару моментов. Валяй, Маллой. Повтори все, что ты рассказал Макгроу. Я прерву тебя, когда будет достаточно.

– Мы с Керманом провели весь вечер у меня, – начал я. – В десять минут одиннадцатого раздался телефонный звонок. Мужчина представился как Ли Дедрик и попросил меня немедленно приехать сюда. По его словам, кто-то позвонил ему и предупредил о том, что его собираются похитить.

– Именно так он и сказал? – спросил Брендон, разрывая целлофановую обертку сигары отшлифованным ногтем большого пальца.

– Да, конечно.

– Но сегодня вечером сюда никто не звонил. Что скажешь?

– Может быть, ему позвонили в отель?

– Нет, это мы тоже проверили.

– А отсюда были звонки, кроме звонка Дедрика мне?

Брендон размял сигару в толстых пальцах.

– Да, был один звонок на номер телефонной будки. Ну и что с того?

– В течение дня Дедрика могли попросить, чтобы он позвонил по этому номеру вечером, – ответил Мифлин в своей неторопливой манере. – И таким образом он мог получить это предупреждение.

Брендон оглянулся через плечо с таким видом, как будто до сих пор не знал, что в комнате находится Мифлин. И хотя он всегда полагался на мнение Мифлина, но вел себя по отношению к нему подчеркнуто пренебрежительно.

– Может, и так, – ответил он. – А может, Маллой лжет. – Он посмотрел на меня и улыбнулся, показав маленькие ровные зубы. – Что скажешь?

– Нет.

– А тогда почему Дедрик обратился не в полицию, а к тебе?

У меня был ответ на этот вопрос, но он вряд ли устроил бы Брендона. Вместо этого я сказал так:

– Дедрик не был уверен в том, что все это не розыгрыш. Вероятно, не хотел выставлять себя на посмешище.

– Ну что ж, валяй дальше, – сказал Брендон, закуривая.

Он покатал сигару в тонких губах, мрачно глядя на меня.

– Дедрик разговаривал со мной, а потом внезапно замолчал. Я окликнул его, но он не ответил. Я слышал его дыхание, и вдруг связь оборвалась.

– Именно тогда и надо было позвонить нам в управление. Ты же не мог не понимать: что-то случилось.

– Я предположил, что вошел шофер и Дедрик не хотел, чтобы тот слышал наш разговор. Я еще не сошел с ума, чтобы вызывать к такому человеку, как Дедрик, полицию без его разрешения.

Брендон сердито посмотрел на меня и стряхнул с сигары пепел.

– Ты всегда вывернешься, – с досадой сказал он. – Ну и что было потом? Вы явились сюда и обнаружили труп Соуки, так?

– Соуки? Шофера?

– Судя по письмам, которые он носил в кармане, так его звали. Вы встретили кого-нибудь, когда ехали сюда, какую-нибудь машину?

– Нет. Как только мы обнаружили тело, я велел Керману позвонить в полицию. Но прежде чем он успел это сделать, приехала девушка.

Брендон потрогал свой толстый нос.

– Да, теперь об этой девушке: как она представилась?

– Мэри Джером.

– Так, Мэри Джером. – Он выпустил облако густого сигарного дыма. – И она секретарша миссис Дедрик, так?

– Да.

– В «Оркид-отеле» не зарегистрирована гостья с таким именем.

Я промолчал.

– Похожа она на секретаршу?

– Нет.

– Ты не думаешь, что она имеет отношение к похищению Дедрика?

– Сомневаюсь. Она сильно испугалась, услышав об этом. И зачем ей было сюда возвращаться, если она знала, что Дедрика увезли?

– Молодец, Маллой, – сказал Брендон и ехидно улыбнулся. – Ты на правильном пути. Она казалась расстроенной, да?

– Совершенно верно.

Брендон уселся поудобнее в кресле, уставился в потолок и стал что-то обдумывать. Спустя некоторое время он заговорил:

– Послушай, Маллой, я хочу, чтобы ты кое-что уяснил. Когда газетчики узнают об этом похищении, начнется шумиха. Жена Дедрика – важная птица. Более того, ее фамилию знают все. И к тому же у нее много влиятельных друзей. Нам с тобой нужно продумывать каждый шаг и действовать очень осторожно. Я буду действовать осторожно, а ты будешь делать только то, что тебе скажут.

Мы переглянулись.

– Могу поспорить, что эта девица, Мэри Джером, любовница Дедрика, – продолжал Брендон. – Любому дураку понятно. Он приехал сюда и снял этот дом, а миссис Дедрик осталась в Нью-Йорке. Мы мало что знаем о самом Дедрике. Прошло не так много времени с тех пор, как все это случилось, но мы уже кое-что раскопали. Брак был заключен тайно. Дедрик познакомился с Сереной восемь недель назад в Париже и тут же женился. Даже старик Маршленд, отец миссис Дедрик, ничего не знал, пока новобрачные не заявились в его дом в Нью-Йорке. Понятия не имею, для чего им понадобилось скрывать свой брак. Разве только она решила, что о таком человеке, как Дедрик, громко говорить не надо и лучше представить его отцу сразу как мужа, а не как жениха. Не знаю, да и не мое это дело. Но очень похоже, что Дедрик имел отношения с другой женщиной – с этой самой Мэри Джером. Совершенно очевидно, что они собирались провести здесь ночь, но Дедрика похитили прежде, чем она приехала сюда. Все сходится. Понимаешь теперь, почему она не захотела встречаться с полицией? Поэтому она пригрозила тебе пистолетом и исчезла до нашего появления. Честно сказать, я даже рад, что она убралась.

Он ждал от меня какого-то ответа, но я молчал. «Скорее всего, он прав, – подумал я. – Все сходится».

– Вот зачем я затеял разговор с тобой, Маллой, – продолжал Брендон, не сводя с меня холодных глаз. – Дедрика похитили. Ладно, попробуем с этим разобраться, но все остальное – не наше дело. Забудь о Мэри Джером, а если начнешь болтать, то пожалеешь. Я возьму вас с Керманом под стражу как важных свидетелей, и мои ребята будут обрабатывать вас каждый день. Обещаю тебе это, если только журналисты хоть что-то пронюхают о Мэри Джером. Я не допущу копания в грязном белье. Я постараюсь сделать для миссис Дедрик все, что в моих силах. Исчезновение мужа для нее и так большой удар, и никто не должен знать, что он ей изменял. Ясно?

Я подумал о возможных влиятельных друзьях миссис Дедрик. Не исключено, что Брендон лишь повторял наставления губернатора и заботился вовсе не об интересах миссис Дедрик, а о самом себе.

– Ясно, – ответил я.

– Ладно, – сказал Брендон, поднимаясь. – Помалкивай в тряпочку, не то будет худо. Теперь проваливайте оба и держитесь отсюда подальше. Если вы попытаетесь вмешаться в это дело, то пожалеете, что родились на свет.

– Это для нас не ново, – флегматично заметил Керман, направляясь к выходу. – Я об этом жалею почти каждое утро, как только просыпаюсь.

– Вон! – рявкнул Брендон.

Мы вышли.

Глава шестая

На следующий вечер, часов в десять, я сидел дома, решая дилемму: лечь пораньше спать или открыть новую бутылку виски и провести время за ней. И тут зазвонил телефон.

Пронзительные, настойчивые сигналы испугали меня – вероятно, потому, что до сих пор телефон вел себя тихо, как бедный родственник на свадьбе.

Я поднял трубку:

– Алло?

Сквозь слабое гудение на линии прорывались звуки: оркестр играл вальс. Высокие звуки трубы, приглушенной сурдиной, наводили на мысль о серенадах Глина Бооса. Похоже, звонили из загородного клуба.

– Мистер Маллой? – Я услышал женский голос, низкий, слегка протяжный.

Таким голосом женщины обычно рассчитывают заинтриговать мужчин. Во всяком случае, я был заинтригован.

– Слушаю.

– Меня зовут Серена Дедрик. Я сейчас в «Кантри-клубе». Вы не могли бы сюда приехать? У меня для вас есть работа, если вам это интересно.

Мне показалось странным, почему бы ей не подождать до утра? Но чета Дедрик, похоже, предпочитала решать свои проблемы в нерабочее время. Впрочем, меня это не беспокоило. Я хотел бы видеть ее своей клиенткой.

– Конечно, миссис Дедрик. Скоро буду. Спросить о вас у швейцара?

– Я буду ждать в своей машине на стоянке. Черный «кадиллак». Когда вы приедете?

– Через четверть часа.

– Хорошо, но не дольше. – В ее голосе прозвучали резкие нотки.

– Да мне только… – начал я, но она уже повесила трубку.

Я заскочил в ванную, чтобы взглянуть на себя в зеркало: что ж, вполне прилично. Поправляя галстук, я гадал, что же ей от меня понадобилось: возможно, она хотела узнать о похищении из первых рук? Судя по ее фотографиям, которые я видел, и по звуку ее голоса, никакого «секонд-хэнда» она не признавала.

Я вывел «бьюик» из гаража и помчался по Россмор-авеню мимо поля для гольфа, где пара чудаков при свете луны пыталась играть с помощью светящихся мячей. Свернул налево по Глендора-авеню и за четыре минуты до назначенного времени оказался около солидного входа в «Кантри-клуб».

В густом саду горели огни, у бассейна расположились несколько мужчин и женщин в купальных костюмах, а неподалеку, в украшенной цветами и электрическими лампами беседке играл оркестр «Глин Боос серенадерс».

Автомобильная стоянка располагалась с тыльной стороны здания клуба. Я медленно проехал по ней и наконец втиснул «бьюик» в единственное свободное место. Выйдя из машины, огляделся и решил, что легче отыскать иголку в стоге сена, чем черный «кадиллак» среди такого количества роскошных машин. Их было не меньше трехсот, и примерно треть из них – «кадиллаки».

Слева от меня вспыхнули и погасли габаритные огни, и я направился туда. Огни продолжали мигать, пока я не подошел к машине достаточно близко. Это был тот же блестящий черный автомобиль, который я видел около «Оушен-энда» две ночи назад. Я заглянул в окно. За рулем сидела женщина и курила сигарету. Холодный свет луны падал прямо на нее, и первое, что я заметил, были бриллианты, которые сверкали и искрились, как светлячки, в ее волосах. Лунный свет придавал ей вид гипсовой скульптуры. Миссис Дедрик была одета в платье без бретелек с глубоким декольте из золотой парчовой ткани и выглядела именно так, как и должна выглядеть дама, занимающая четвертое место в списке самых богатых женщин мира. На это указывали и бриллианты в ее волосах, и холодное, надменное выражение ее несколько удлиненного, но безусловно красивого лица.

Пока я разглядывал миссис Дедрик, отмечая про себя, что никогда прежде не видел таких больших глаз и что ее длинные шелковистые ресницы, вероятно, натуральные, она смотрела на меня. Несколько секунд прошли в молчании: мы с нескрываемым любопытством изучали друг друга.

– Я приехал чуть раньше, миссис Дедрик, – сказал я. – И все-таки, кажется, заставил вас ждать. Извините. Вы хотите поговорить здесь или в другом месте?

– А где еще?

– Ну, рядом с полем для гольфа есть неплохое место с видом на реку. Во всяком случае, тихое.

– Хорошо. Поедем туда. Может быть, вы сядете за руль? – И она уступила водительское место.

Я сел за руль, включил двигатель и выжал сцепление. Выводя машину со стоянки на дорогу, я взглянул на мою новую знакомую. Она сидела, отвернувшись, отстраненная и задумчивая, ее лицо было бесстрастным и бледным, как маска из слоновой кости.

Я выехал за ворота, повернул направо, проследовал по ярко освещенной аллее к мосту, а затем свернул на узкую дорожку, ведущую вдоль реки. Еще через несколько минут мы были на месте. Я притормозил и припарковал машину так, чтобы из нее можно было любоваться сверкающей при лунном свете рекой. Если не считать редкого кваканья лягушек в камышах выше по реке и плеска воды о берег, здесь царила тишина.

– Хотите выйти из машины? – спросил я, нарушая молчание, продолжавшееся с тех пор, как мы выехали из клуба.

Миссис Дедрик очнулась, словно ее мысли были далеко отсюда, бросила окурок в реку и покачала головой.

– Нет, поговорим здесь. Ведь это вы нашли Соуки?

– Да. У вас есть какие-нибудь новости о вашем муже?

– Мне звонили сегодня вечером. Они хотят пятьсот тысяч. Сказали, что муж здоров и с нетерпением ждет встречи со мной. – Она говорила спокойным, ровным голосом, безуспешно пытаясь скрыть испуг и беспокойство. – Заплатить нужно завтра, и его сразу отпустят.

Я промолчал. После долгой паузы миссис Дедрик повернулась и посмотрела на меня с надеждой:

– Кто-то должен передать им деньги. Вы можете это сделать? Я вам хорошо заплачу.

Эти слова я и боялся услышать. Иметь дело с похитителями – крайне опасно. Чаще всего такой приносящий деньги помощник получает пулю в голову.

– Вы уже договорились с ними обо всем?

Она покачала головой:

– Это только начало. Мне сказали, что деньги должны быть в подержанных двадцатидолларовых купюрах. Нужно приготовить три свертка, завернув деньги в полиэтилен. Инструкции о том, куда следует их доставить, я получу в последнюю минуту. – Она повернулась и посмотрела на меня. – Вы что, боитесь это делать?

– На этот вопрос я вам отвечу, когда они оговорят условия встречи.

– Значит, вы считаете, что это может быть опасно?

– Может.

Миссис Дедрик открыла сумочку, достала портсигар и предложила мне закурить.

– Как вы думаете, они его отпустят? – спросила она дрогнувшим голосом.

Взяв сигарету, я рассеянно повертел ее в руках и сказал:

– Есть вероятность, что отпустят.

Я поднес миссис Дедрик зажигалку, и несколько мгновений мы молчали.

– Говорите правду, – сказала она вдруг. – Он вернется?

– Не знаю. Это зависит от того, видел ли он похитителей. Если нет, то почему бы не отпустить?

– А если да?

– Тогда как они решат. Похитители так же безжалостны, как шантажисты, миссис Дедрик. За похищение дают высшую меру. Они не станут рисковать.

– Я готова пойти на все, заплатить любые деньги, только чтобы вернуть мужа. Это я виновата, что так случилось. Все из-за моих денег! Он должен вернуться!

Мне было нечего на это ответить. Интуиция подсказывала, что миссис Дедрик больше не увидит своего мужа, во всяком случае живым. На кону были большие деньги, и бандиты наверняка избавятся от Дедрика. Обычно похитители убивают своих жертв, а не возвращают. Для них это гораздо безопаснее. Оставшиеся в живых свидетели часто давали полиции информацию, которая вела к раскрытию преступления.

– Вы сообщили полиции о том, что вам звонили? – спросил я.

– Нет, и не собираюсь! Человек, который звонил мне сегодня вечером, сказал, что за каждым моим шагом следят и, если я свяжусь с полицией, Ли будет убит. Да и чем полиция мне поможет? Они же ничего не сделали.

– Можно успеть подготовить ловушку. Мы пометим деньги таким образом, что этого никто не увидит. По крайней мере, у полиции появится шанс поймать бандитов, после того как ваш муж окажется в безопасности.

– Нет! – решительно сказала миссис Дедрик. – Я дала слово не применять никаких уловок. В противном случае я могу навредить Ли, а этого я себе никогда не прощу. Мне плевать на деньги. Мне нужен Ли.

– Кто вам звонил? Можно определить по голосу, что это за человек? Ну, например, насколько он образован? Может быть, он говорил с акцентом? Было в этом голосе нечто особенное, позволяющее опознать человека при встрече?

– Мне кажется, он говорил через носовой платок, очень приглушенно. Акцента не было. Пожалуй, это все, что я могу вам сказать.

– Он говорил с вами грубо?

– О нет! Жутко вежливый.

Я задумчиво смотрел на реку. По всей вероятности, Дедрика убили сразу после похищения. Они преспокойно убили шофера. Значит, так же спокойно прикончат и меня, как только получат деньги. Нет, я не хотел браться за это дело.

Миссис Дедрик была достаточно умна, чтобы догадаться, о чем я думаю.

– Если вы откажетесь, я понятия не имею, к кому еще обратиться. Я поеду вместе с вами, если вы согласитесь.

– Ну нет. Если я соглашусь, то поеду один.

– Нет! Об этом не может быть и речи. Я хочу сама убедиться, что деньги им доставлены. Если не хотите ехать со мной, я сделаю все одна.

Я был удивлен ее решительностью. Секунды три мы смотрели друг другу в глаза. По выражению глаз Серены я понял, что никто не заставит ее передумать.

– Ладно, если вы так этого хотите, то я поеду с вами, – ответил я.

Некоторое время мы сидели молча.

– Я хотела кое о чем вас спросить, – сказала она внезапно. – Что это была за женщина, которая назвалась моей секретаршей?

– Вы хотите знать ее приметы?

– Да.

– Лет тридцати, темноволосая, хорошо выглядит, хорошо одета. Я еще подумал тогда, что она совсем не похожа на секретаршу.

– Очень привлекательная?

– Пожалуй, что так, и с характером. Не из числа хорошеньких дурочек.

– Она называла моего мужа по имени. Да?

– Да.

Она сжала кулаки.

– Этот глупый жирный коп думает, что у Ли был с ней роман, – произнесла миссис Дедрик сквозь сжатые зубы. – Вы тоже так думаете?

– Какая разница, что я думаю?

– Отвечайте, вы тоже так думаете, да? – Ее голос был резким и взволнованным.

– Что я могу сказать? Я ведь ничего не знаю о вашем муже. Похоже на то, но они могли быть просто добрыми друзьями.

– Он не был ее любовником! – Миссис Дедрик произнесла это так тихо, что я едва расслышал ее слова. – Я знаю это! Он никогда бы так не поступил. Он никогда бы не привел в наш дом другую женщину. Он был не из таких. – Она замолчала, быстро отвела взгляд и закрыла лицо рукой.

– Полиция уже нашла ее?

– Нет. Даже не пытается. Они просто уверены, что она любовница Ли, и говорят, что ее искать незачем. Но я в это не верю! Она должна что-то знать.

Я молчал.

После долгой напряженной паузы миссис Дедрик вдруг сказала:

– Отвезите меня обратно в клуб. Думаю, нам нечего обсуждать до завтрашнего вечера. Приезжайте к шести в «Оушен-энд». Возможно, придется подождать, но мы должны быть готовы выехать в любой момент.

– Обязательно приеду.

Мы возвращались в клуб в полном молчании. Как только я припарковал машину, Серена вышла, бессознательно улыбнувшись, как это принято при прощании, и сказала:

– Завтра, в шесть вечера.

Я смотрел ей вслед: изящная, прекрасная фигура в золотом платье, в волосах сверкают бриллианты, а сердце измучено страхом и ревностью.