– Ноябрь, а как будто уже зима. – Лиза подышала на свои пальцы и подставила мужу щеку для поцелуя. – Хорошо, что я в зимнем. В Москве всегда холоднее, чем у нас.
– Больше ты мне ничего не хочешь сказать? – Муж, мужчина средних лет, довольно полный, в длинном пальто с норковым воротником и высокой норковой же шапке, приобнял Лизу и коснулся ее щеки холодными губами. – Ну же, Лиза?
– Веди себя хорошо, не забывай обедать, корми попугая и рыбок, навещай Алешу с бабушкой… – Она улыбнулась и сама почувствовала, что улыбка вышла искусственной: ей это расставание порядком надоело, они стояли на перроне битый час, у нее замерзли ноги и руки, которые Сергей целовал ей все это время. «Хоть бы поскорее объявили посадку!» – Я буду скучать, – пробормотала она и отвернула лицо, словно бы от ветра.
– И я тоже буду скучать. – Сергей нежно провел рукой по ее подбородку и приподнял лицо жены. – Как приедешь, сразу дай телеграмму, хорошо? Чтобы мы тут не волновались.
– Конечно, о чем ты говоришь?!
– В прошлый раз ты тоже обещала, но почему-то не прислала.
– Ты мне не веришь? – Глаза Лизы гневно сверкнули, а щеки моментально покрылись румянцем. – Я отправляла, это почта так работает, я же не могу за нее отвечать…
– Ну хорошо, хорошо, не кипятись, просто мы ждали…
– Подумаешь, жена на курсы едет! Если поезд не сойдет с рельсов, что со мной может случиться?
Объявили посадку, Лиза облегченно вздохнула.
– Ну все, пока, дорогой. – Она чмокнула его в губы и заспешила к своему вагону.
– Ты не забыла? – крикнул ей вдогонку муж. – Насчет Ренуара?
– Нет. «Девушки в синем»!
– В черном!
– Ну в черном. Если встретится – привезу.
Сергей вбежал за ней в вагон:
– Тебе должно хватить даже на самый дорогой альбом.
– Ну прямо как «Аленький цветочек». Я же сказала: если встречу – куплю. Иди, Сережа, не мерзни, у тебя вон щеки побелели. – Она еще раз поцеловала его и, махнув рукой на прощанье, нырнула в узкий проход тамбура.
Уже в купе, сняв шубу и шапку, она увидела на перроне одиноко стоящего мужа и чуть было не топнула ногой. «Ну сколько можно?!» А он все стоял и стоял, делал ей какие-то знаки, пытаясь что-то еще сказать ей. Она кивала, думая при этом, как бы не отвалилась голова, а потом, когда поезд тронулся, в изнеможении опустилась на диван. Все – поехали!
Весь вечер она ела маринованные грибы и котлеты, которыми ее угощали соседи по купе. Все командированные, вырвавшиеся из дома, расслаблялись в теплом купе и пили водку. Их было трое – мужчин, которым разговоры об охоте и рыбной ловле доставляли неслыханное удовольствие. Лиза, закутавшись в длинный халат, слушала разговоры о дроби, снастях, лещах, карасях и кабанах и никак не могла понять, что в этом хорошего – посреди зимы, надев на себя тулупы и валенки, сидеть часами на морозе возле ледяной лунки. Ведь так недолго промерзнуть до костей, подхватить воспаление легких, а потом и вовсе умереть…
Bepul matn qismi tugad.