Неделю назад Демидов похоронил лучшего своего друга Костю Бегова, с которым прожил в одной связке практически всю сознательную жизнь. Был небольшой перерыв, когда Костя сидел. Из тюрьмы он вышел философом с превосходящими знаниями сути вещей.
Костя Бегов был доктором медицинских наук, известным диагностом, который в свои сорок с небольшим уже имел имя и респектабельную клинику. Очередь «виповских» больных, не говоря о «маленьких українцях», не иссякала.
Но с истинным горением занимался только вибрациями. В далекой юности прочитал запрещенную врачами-материалистами книгу индийского врача, в которой утверждалось – все сущее есть набор вибраций.
С их помощью можно заставить человека убивать, любить, творить шедевры…
Из-за вибраций и загремел в тюрьму. Некая дама пожелала влюбить в себя олигарха, для чего ей понадобилось привить мотивированную вибрацию.
Костя объяснял: вибрации не драгоценные безделушки, которые каждый может подцепить, куда захочет.
Но даме не терпелось олигарха уложить в постель.
Костя под воздействием хорошего гонорара согласился. Организм миллионерши не захотел принимать «чужаков». В одно прекрасное утро дама начала путать время, плохо понимала простые слова, теряла сознание.
В мюнхенской частной клинике ее едва откачали. Местные врачеватели сразу поняли – женщине что-то ввели в организм. Но долго не могли понять – что. Пока не позвонил Костя, узнавший о происшедшем по своим каналам.
После звонка честного придурка немцы быстро поставили дамочку на ноги. Посоветовали хорошо заработать на своей болезни, подав в суд на коллегу, благодаря которому вернули ей жизнь.
Был нанят западный адвокат. Костя послушно сел в тюрьму, заплатив немалые деньги за моральный ущерб.
После всех этих передряг возмущенные вибрации, из которых состоял лучший друг Костя Бегов, покончили самоубийством.
Костя умер, его вибрации перешли к Демидову по наследству.
Но зачем они ему?
Единственно, чего Демидов хотел сейчас, так это полного покоя. Желательно, с очаровательной мордашкой на берегу моря.
На море идут параллельные вибрации волн и изголодавшиеся вибрации разбитого городом человека там гармонизируются. Оттого, как только солнышко начинает пригревать, к морю на всех парах мчится ошалело-безумная белоснежнотелая многомиллионная толпа.
Однако Гоша еще не распаковал наследство Кости. Оно было невелико – всего один чемодан, открывающийся не ключом, а паролем. Набрал его – чемодан открылся. Забыл, придется кромсать достаточно дорогую вещь…
К счастью, Костя пароль запомнил – день рождения и смерти Кости.
Как Костя угадал точно день смерти, ведь с помощью этого пароля Костя при Гоше открывал в компьютере свой архив, а это было за несколько месяцев до печального события?
Возможно, у Кости существовала своя система исчислений и предсказаний, которую он разработал благодаря знаниям вибраций.
Как-то, сидя в любимом ресторане «У Георга», глядя на огромных аквариумных рыб, Костя мечтательно произнес: скоро я удивлю мир. Кажется, я набрел на поразительно точную систему.
Им тогда не удалось договорить. Зазвонил мобильный телефон, Костя долго разговаривал. А потом беседа пошла совершенно о другом.
И только сейчас об этом разговоре Гоша вспомнил.
Костя был скрытным человеком. Даже перед своим единственным другом Гошей. Может, это была система, с помощью которой и следует заниматься конструированием и проектированием будущего?
Гоша боялся и стыдился открывать чемодан. Чужая вещь. Рука не поднималась набрать код. Было чувство, Костя на небесах наблюдает и ждет, что же будет делать с тем, что оставлено.
Гоша решил переступить заповедную черту.
В комнату вошла мать, обмахнула рукой воздух.
– Все провонялось табаком. Куришь, как извозчик. Что за мода – губить свое здоровье ради позы?
– Мама, хватит, – отозвалась Катерина из угла дивана, на котором сидела, поджав под себя ноги и читая журнал.
Это был первый номер ее журнала. Катя осматривала его со всех сторон, даже на расстоянии. Клала журнал на подушку; очень гармонировал оранжевый свет с красивой фигурой Саши Логиновой.
Какая свежая красота у Саши, но как трудно ее было уговорить раздеться. Чего только не обещала Катя: полную корзину успеха, солидный счет в банке, заграничные путешествия и хорошего бойфренда…
Саша стояла твердо – только без лица. Фигурой и прочим пусть любуются, а вот лицо…
– Отец меня убьет, – говорила. – Зачем тебе я убитая, если ты хочешь на мне зарабатывать?
– С твоим отцом я разберусь, а лицо мы снимем очень интересно.
Фиме Немуйчику (его так и звали все – Немуйчик) удалось выбрать такой ракурс, при котором лицо было отчетливо видно и в то же время отчетливо не видно. То есть, Катю на фотографии было не узнать, однако это была Катя.
Немуйчик, конечно, гений, такое не каждому удавалось сделать. Саша осталась довольной. А вчера (сигнальные номера они послали во все посольства и крупные фирмы, занимающихся производством товаров для женщин) пошли первые результаты.
Фирма «Валент», производящая женскую обувь, дала согласие стать постоянным спонсором.
Было еще несколько звонков с аналогичными предложениями…
Катя нарадоваться не могла.
Немуйчик и Саша сделали прекрасную запевку номеру. Заслужили повышенный гонорар. А то еще переманят, женских журналов, как собак нерезаных.
– Ага, любуешься своим творением, – увидела на коленях дочери журнал Марина Родионовна. – Сколько же дур живет на этом свете!?
– Тебе не нравится?
– Мне уже надоело слышать о твоем «Глобусе». Название дурацкое и банальное. У нас торговый центр так называется.
Катя промолчала. Спорить с матерью бесполезно. Просто завидует современным женщинам, которые могут позволить себе быть красивыми. А вот ее поколение это позволить себе не могло.
– Не хочешь со мной разговаривать. Ну, конечно, мы все такие гордые, мы все такие гламурные. Но жизни в твоих намалеванных девицах никакой нет.
– Зато в тебе жизни хоть отбавляй, – не удержалась Катя. – Ты посмотри на себя. Все больше на бомжиху становишься похожей.
Лицо Марины Родионовны пошло красными пятнами.
– Извини, мама, не удержалась. Давай, лучше оставим этот никому не нужный разговор. Вы свою жизнь прожили, теперь очередь за другими, вот и весь секрет.
– А преемственность? – повысила голос Марина Родионовна и вторично покраснела от официальщины, которой дохнуло от этого слова.
– Ладно, любуйся, а я уехала на конференцию.
Марина Родионовна круто развернулась, быстро вышла.
Катя грустно посмотрела вслед. Мама, мама, как же она борется за себя, все хочет показать, что и она хоть маленький, но Монблан. И зачем? Катя ее любит, жалеет, готова жить вместе с ней до…
Катя встала, настроение было испорчено.
Тоненько заверещал мобильный телефон. Густой сразу запоминающийся мужской голос спросил:
– Это Екатерина Владимировна Поспелова?
– Похоже, что так, – ответила Катя.
– У меня к вам дело. По образованию я физик, занимаюсь вибрациями, для вас есть очень интересное предложение. Но, разумеется, разговор не по телефону.
– Вы знаете, у нас журнал на год вперед забит материалами. Не думаю, что ваше предложение будет для нас интересным.
– Только потому, что журнал забит? Да и не надо красного туману. Я вас сейчас вижу от пятки и до кончиков волос. Вам не хочется ничего нового и просто лень. Вы даже не выслушали, что я хочу предложить.
– Да вы еще и не очень воспитанный субъект. Я вам сказала все. До свиданья!
Катя выключила мобильник. Но сразу же зазвонил домашний телефон.
– Это снова я. Мне не хочется вас огорчать, тем более вступать с вами в споры. К вышесказанному добавлю, что я доктор физико-математических наук, серьезно занимаюсь вибрациями, которые имеют непосредственное отношение ко всей нашей жизни и благодаря которым можно предсказывать не только судьбу, но и советовать молодым красавицам и красавцам, как стать еще красивей…
– Скажите, пожалуйста, почему вы обращаетесь – и так настойчиво – именно ко мне, мы ведь только начали выходить, существует еще куча женских журналов?
У меня же есть свой собственный экстрасенс и те идеи, о которых вы говорите, она будет освещать в специальном клубе. Так что ничем помочь не могу.
– Объясняю, – голос в трубке приобрел суровые интонации (прозвучало: «объясняю для особо тупых»). – Я предлагаю вам «ноу-хау», а вы нужны потому, что журнал только начат. Я свои идеи так просто не продаю. Да и вам не собираюсь продавать, а хочу только иметь трибуну.
– Но почему женский журнал?
– Потому что женщин проще убедить.
– И надурить?
– Возможно, но я ученый, а не шулер и не экстрасенс. У меня чисто творческие идеи и желания.
– Хорошо, давайте встретимся. Можно даже сегодня, – неожиданно для себя согласилась Катя.
Когда она положила трубку и запоминающийся бас с характерной трещинкой перестал раздражать слуховые перепонки, огорчено воскликнула:
– И какая же ты дура, на кой он тебе нужен, этот вибратор!?
Слово «вибратор» прозвучало очень смешно. Катя тихо засмеялась. Это хорошо, что она смеется перед встречей с ученым дядькой.
Почему-то Кате звонивший бас с трещинкой представился как толстый, лысый дядька с пивным животиком.
«Глобус» финансировал ее одноклассник Николай Джан, отец которого разбогател на трастах. Однажды Катя с подругами отмечала чей-то день рождения. И вдруг к ней подошел Николай, которого она не видела со времени школьного выпускного бала.
Катя представила Николая подругам, как одного из лучших спортсменов школы. Все громко смеялись. Это было так давно, а своей конфигурацией Джан сейчас никак не напоминал спортсмена.
Катя потому и вспомнила о его славном спортивном прошлом, чтобы подчеркнуть эту разницу.
Она тут же вплыла в ту атмосферу, когда этот самый Коля Джан простаивал у ее парадного ночи напролет…
Теперь это был другой Коля – вполне уверенный в себе. Станцевав со своим воздыхателем в глубоком прошлом танец, Катя поняла, откуда родом эта уверенность.
Денежный мешок. Отец баснословно богат, сыну передал несколько фирм, которые вполне конкурировали с западными на рынке.
Коля предложил Кате свою помощь.
– В обмен на постель? – спросила Катя.
– Это время покажет. Выбирай. Я могу перевернуть твою жизнь. Хочешь, открывай бутик, ресторан, лицей.
– Женский журнал…
– Женский журнал.
Катю подняло на громадную высоту и резко опустило на землю. Ей даже показалось, больно ударилась.
– Извини. Я пошутила. Не нужен мне никакой женский журнал. Правда, я когда-то мечтала…
– Ты его получишь. Вот тебе мой телефон, как только узнаешь, сколько он будет стоить, звони.
– Ты серьезно?
– Я серьезно.
На том и расстались.
Чего это вдруг с ее языка сорвалось «женский журнал», Катя до сих пор понять не могла.
Но чем глубже она вживалась в идею, тем она ей больше нравилась.
В студенческие годы она часто подрабатывала в газете. Ей нравилось видеть свою фамилию под убористо набранным текстом.
Мать, узнав о ее новом занятии, не на шутку испугалась. Она заподозрила участие дочери в криминальной группировке (так и сказала про группировку). Иначе, как объяснять происхождение таких больших денег.
Катя объяснила. Попросила даже своего благотворителя позвонить и поговорить с матерью.
Хорошо, что мать помнила Николая, его трогательные влюбленные письма.
– Другое дело, – сказала мать после разговора с Джаном, – он за тобой давно ухаживал, и ничего нет дурного, что, став богатым, помогает тебе.
Катя услышала: «а потом вы поженитесь, ты будешь обеспеченной на всю жизнь».
Катя задумывалась о замужестве. Стоило только сказать слово, Николай был бы у ее ног. Собственно, он уже и был. Но с возрастом юношеское нахальство и решительность куда-то исчезли. Только по глазам и интонациям Катерина улавливала истинную причину всплытия подводной лодки с капитаном Джаном на борту через столько времени.
Она задумывалась о замужестве, но гнала эту мысль. Получалось, выйдет замуж не по любви, а за деньги. Хотя, хотя…ей нравился нынешний Николай.
Николай не только дал деньги на журнал, но и привел профессионалов – Евгения Лутак, бывшего редактора молодежной газеты «Факел», Лену Урбан, бывшего ответственного секретаря журнала «Женщина рядом».
Втроем они и начали работать над созданием нового издания. Потом появилось еще несколько журналистов, которых тут же Катя отправила в командировки по стране – журнал был республиканским.
Через два месяца несколько номеров были готовы к печати, остальные имели полный набор материалов. Судя по текстам и фотографиям, журнал должен был занять сразу видное место в женской журналистике Украины.
Вот почему Катя и отказывала ученому, занимавшемуся странным делом – изучением вибраций.
Что такое вибрация Катя, естественно, знала, но никак не могла понять, зачем эти вибрации женскому журналу.
– Георгий Демидов, просто – Гоша.
Катя пожала протянутую руку, ощутила, как ее пробил озноб. Упругий мячик покатился вверх по руке.
– В вас много электричества, хоть электростанцию подключай.
– Вот видите как хорошо, в моем доме всегда будет свет.
– Это и есть ваша знаменитая вибрация. И вы ее специально продемонстрировали?
– Вы догадливы, Катя, это радует. Я, впрочем, не сомневался: слышал ваш голос и сразу нарисовал ваш портрет, хотите, покажу?
– Вы же знаете, что покажете, иначе, зачем приносили?
Демидов вынул пластмассовую папку.
Она глазам не верила, это была карандашная фотография, даже полутона тонко переданы.
– Трудно поверить, что по одной вибрации голоса можно с такой точностью нарисовать внешность человека.
Bepul matn qismi tugad.