Терри Пратчетт

вторую скорость. – Я планирую избавиться от всего лишнего. Например, у нас целое хранилище забито совершенно бесполезным металлом. От него придется избавляться. Сахарисса нахмурилась: – Ты имеешь в виду золото ? Откуда взялась эта мысль? Теперь нельзя отпираться, иначе она возьмет тебя за горло. Гни свою линию! К тому же приятно видеть ее удивление. – Да, – сказал он. – Ты, наверное, шутишь! Блокнот тут же раскрылся, и у  Мокрица развязался язык. Мокриц уже не мог его остановить

самой». Она огляделась по сторонам. В стороне от прилавков у реки стоял потрепанный шатер. На нем не было вывески, но рядом на костре слегка побулькивал котел

Потому что внутри каждого старика живет юноша, так и не сообразивший, что случилось

Что же до воровства, то в Овцепиках официально зарегистрированные воры были наперечет – люди просто не могли позволить себе их содержать.

Она уже довольно давно была приличной девушкой. В случае с некоторыми людьми это значит, что внутри у них накопилась целая куча неприличия, которое только и ждет удобного момента, чтобы вырваться наружу

Над теми, кто сам пишет законы, никакого закона

Воцарилась одна из таких пауз – одновременно ледяная и раскаленная. Она полнилась беззвучными словами, которые нельзя было говорить вообще, или надо было сказать в другое время, по-другому, или можно было сказать, или нужно было сказать, но нельзя, и эта пауза могла тянуться вечно или до тех пор, пока один из двоих ее не нарушит…

– Я займусь этим, не откладывая на долгий ящик, – сказал он. Хорошее выражение. Собеседник, услышав его, начинает теряться в догадках. Так сразу и не определишь, что патриций имел в виду: то ли он займется делом прямо сейчас, то ли займется им вскоре. Но уточнять никто не решался

Кроме того, когда попадаешь по пальцу восьмифунтовым молотом, так приятно иметь возможность побогохульствовать! Согласитесь, надо быть особенно убежденным и непоколебимым атеистом, чтобы прыгать с зажатой под мышкой рукой и орать: «О-о, случайные флуктуации в пространственно-временном континууме!» или «Эх, примитивная и хромая устаревшая конструкция!».

Вы воюете, чтобы изменить мир, но когда он действительно становится другим, в нем не остается места для бойцов. Те, кто боролся за светлое будущее, не всегда подходят для жизни в нем.