Роберт Джордан

лице он походил на изваяние. Хотя нет, в изваяниях жизни будет побольше

Перрину еще повезло, что Хранительницы Мудрости взяли с собой и его. – Да. – Звякнув браслетами, Неварин опустилась на колени и взяла листок у Сеонид. – Однажды в детстве я побывала в Запустении – отец решил, что мне надо это увидеть. Там я и встречала нечто похожее. Перрину довелось побывать в Запустении лишь однажды, но он тоже узнал эти явственные черные крапинки. Вдалеке на одно из деревьев села рыжая сойка

острове посреди реки Эринин. За все годы, прошедшие с тех пор, как на

Ранду незадолго до убийства. Мин повертела ее в пальцах и перечитала

Если постоянно принимать на себя ответственность, вся радость жизни может испариться, и человек превратится в комок сухой пыли.

наверное, виной тому действие корня вилочника. – Есть еще кое-что, – вслух

взгляда и не выпускала из пальцев рукава Люка. Выждав новую, показавшуюся нарочитой паузу для аплодисментов, Илэйн опять вернулась на канат – и снова повороты с поднятой ногой, быстрые взмахи ею, причем казалось, что нога вытянута чуть ли не все время. Потом последовала медленная стойка на

быстро, как и настроение толпы. Если кто-нибудь подобьет чернь против… – Она снова пожала плечами. – Ты полагаешь, бунт может начаться из-за того, какую еду подадут к столу в трактире? – спросила Илэйн. – Всяко может быть, улица своенравна, – с пессимизмом развела руками Рендра.  – Кто знает, из-за чего может воспламениться толпа.

остановит стрелу и с граненым наконечником, если ее, конечно, с близкого

Волкодав, если хочет выжить, должен быть волкодавом в глазах волка даже больше, чем в своих собственных.