Полина Верховцева
1,8Кta obunachi
Попасть из сиротского приюта на экзамен в самую престижную академию магии, практически не имея этой самой магии? Легко!
В первый же день нажить себе врагов среди богатых наследников знатных семейств? Запросто!
Встретить красавчика, от которого путаются мысли и хочется творить глупости? Могу, умею, практикую!
Они именуют себя «Лигой Злодеев», но еще не догадываются какой сюрприз подкинула им судьба в лице «скромной» сиротки.
А я даже не подозреваю, что обладаю самым редким даром на свете.
Мне предстоит разобраться с тайнами своего прошлого, доказать всем, что со мной нужно считаться, приручить свои новые силы, ну и встретить любовь. Куда же без нее
Sitatalar
дечки на самом деле: — Переходы? — В точку, девочка. Переходы. — Для кого? — спросила я упавшим голосом
когда мой дурак отказался тебя отпускать и умолял одуматься
Призрак дождя
переводил взгляд то на сына, то на меня: – Как тебе это удалось? Что почувствовал
принялась ждать рассвета. Спать сначала не
дания мне досталось самое неудобное место на отшибе. Пришлось выкручиваться. – Приходите в лавку чудесных снадобий! У вас что-то болит? Проблемы в любви? Понос? Золотуха? Добро пожаловать к нам! От каждой напасти найдется спасение! – голосила я, прохаживаясь мимо чужих прилавков. – Паучьи лапки! Глаза мертвяков! Кишки куропатки! Коленки вурдалаков сушеные! Косточки моченые! Пока орала, зазывая клиентов, чуть голос не сорвала. Зато народ потянулся. Кто-то взял россыпь мотыльковых
отправились и ее драгоценные подруги, а я так и осталась стоять снаружи. Охранник, который до этого хотел помочь, уже переключился на других: – Следующий.
окруженном молодыми березами. Тяжело крякнув, дед сполз с облучка
Вещи вон туда клади, – указала бабушка на лавку возле печи, – там тепло. И сапоги туда же. Я сейчас тебе носки теплые
пробивавшихся сквозь кроны деревьев
кая сокрушительная ярость, что мысли сами вспыхивали голове, возникая словно из ниоткуда и складываясь в четкую картину. Будто в тумане я схватила острый, оплавленный обломок камня и полоснула им сначала по одной ладони, потом по другой. Опустившись на колени, прикоснулась к содрогающейся от боя земле здоровой рукой, потом, морщась от боли, неуклюже положила перебитую, и позволила свои силам вырваться на волю.