Алексей Владимирович Пинчук

оказалось немного, поскольку на экранах была пустота

– Ты не ерничай, а объясни ему нормально, – вздохнув, тормознул я безопасника. – Мы пехота, для нас все просто: можем стрелять, можем не стрелять… А штабные – упыри трусливые, которые ничего не понимают в этой жизни. Концепцию понял?

в дороге, да и усталость не физическая, скорее моральная. Я вдруг осознал, как же устал от этой гонки со смертью. От убийств, от невозможности просто расслабиться. Когда-то давным-давно по телевизору показывали передачу про акул, и в ней рассказали

такие испытания! – первое, что

оглядеться и сделать шаг в зал, как один из санитаров, тех, что я брезгливо игнорировал, вдруг открыл рот и выдал вступительное слово

Уж не знаю, насколько они приблизились к успеху, но на момент, когда мы настигли беглеца, паруса на нем оказались спущены, а поднимать их было уже поздно, да и не на что, просто потому, что первым же залпом наши ветераны ухитрились опять сбить мачту, уж не знаю,

шурша на всю округу. Тоже, конечно, не лучший вариант, привлекает