Максим Гаусс

вали его примеру, ведь времени было очень мало…

– Да ладно тебе, пусть поработают! – произнёс он, вставая на пути группы поддержки боксёра. – Бороться нечес. Гена же, стоя на его пути, примирительно

. – Не жалуюсь. Хоть отдохну немного

удастся попасть в ту пещеру, где у них все оружие хранилось,

бирались продать, а порченый товар никому не нужен. – Хорошо. Делай, что хотел. Но без глупостей. Или Саид пулю тебе в сердце пустит! – он что-то шепнул молодому душману и тот сразу же схватился за свою винтовку. Я кивнул. Мне развязали руки, а потом и Самарину. С трудом оторвал от своего кителя рукав и, надев на ногу, кое-как закрепил. Все лучше, чем ничего.

– Я младший сержант Петров, ваш  заместитель командира взвода и командир отделения в одном лице. Слушай мою команду! Становись, равняйсь… – скомандовал тот, затем с досадой покачал головой. – Ай, хреново-то как! Ладно, научитесь еще. В направлении казармы номер один, шагом марш! И все двенадцать новобранцев, совершенно не в ногу, зашагали в сторону ближайшего барака. Неудивительно, что именно

довольная рожа Сереги и операторов с камерами. Мне весело объявят, что меня

что помощник старшего смены третьей группы, здоровый бородатый мужик, сегодня был каким-то слишком уж возбуждённым – постоянно что-то кричал, бегал туда-сюда, кого

Доронин проигнорировал его несдержанность

менты я подкладывал тебе новые подсказки, но делал это так, чтобы ты не догадался. Уверен