Макс Мах

вникать. Ждать его ей тоже не хотелось, вот она и дернула в Мемель на перекладных и по ходу дела оказалась в Митаве, где у нее нежданно-негаданно образовалось «окно». Поэтому она забросила сак с личными вещами на площадку подскока, откуда вечером должен был пойти в Кретингу флотский транспорт с пополнением, а сама вольной

гнев, не говоря уже о печали и тоске. Однако

усмехнулся Кержак. – Не боись, все уже на крыле, и семьдесят шестая, и сто шестая

телодвижениях не участвовала. Адмирал

быть зрителем ему не нравится. Сидеть «на ровной попе» и наблюдать за тем, как сражаются другие, показалось

джинсами, – объясняла она Эрику. – У нас

Коллизия, однако, состояла в том, что его желание вступало в противоречие с намерениями все еще неназванного по имени врага. И пока этот нек…

действительности: сам он прямого доступа к вождю уже не имел, однако хорошо знал Фотиеву

diem, как говорили латиняне. Живи настоящим

Адекватность – это всего лишь тщательно контролируемое безумие.