Иван Шаман

член совета. Ну и в-третьих, зачем бы мне это делать? – Моей поддержки на следующем голосовании будет для вас достаточно? – яростно сверкнув глазами, спросила Пятая. – Вы предлагаете мне свой голос, в обмен на вашего любимого? – усмехнулся Седьмой, прямо взглянув в глаза девушки. – А ведь вас предупреждали

проговорил князь Кондинский, подойдя к всё

услышал я довольный окрик магистра.

штурм так же, как шли до этого на стены Несокрушимой. На каждое наше ядро приходилось два-три бойца со встроенными

между двумя ящиками, в стену. Бронежилет и каска врага не выдержали повреждения, сложившись словно стенки консервной банки и выплёскивая кровь в стороны. – Второй взвод, правый фланг, третий – левый. Главную батарею берём мы, – приказал я, прекрасно понимая, что территория слишком большая

красивое, но значимое лишь с точки

попробовать угрожать им казнью принца, но тогда нас просто окружат и возьмут измором или подцепят и утащат на свою территорию. Продержаться до подхода Черноморского флота мы не сможем в любом случае. – Значит, придётся действовать другими способами, – сказал я, задумчиво глядя на схему корабля. – Макс, а ты можешь проверить работоспособность

посмотреть, какие есть планы и вообще… а

по моему приказу не шуметь, и пушка молчала. –

Черное небо. Без звезд. Без солнца или луны. Уже третий день все что мы видели – лишь едва заметные всполохи «северного сияния» в тех местах, где удерживаемый Криталлидами купол опускался. Температура медленно, но неуклонно падала и с плюс двадцати опустилась до четырнадцати, так что теперь в форме и бронежилете было вполне комфортно. – Слава, вот ты где! – окрикнул меня Михаил, поднявшийся на крышу. – Ты отключил рацию, и мы тебя обыскались.