Дмитрий Шимохин

– Мы, пресветлейший и непобедимейший монарх, Дмитрий Иванович, Божию милостию Цесарь и Великий Князь всея России, и всех Татарских царств, и иных многих Московской монархии покоренных областей Государь и Царь, да

в казну амбаня. О закрытии шахт по приказу из Пекина в

делает сразу, одного будет мало. Да и горн стоит промазать

нам. За право работать, так сказать. А ты, – он ткнул пальцем в меня, – за них поручишься и следить будешь, чтоб платили

прострелило внутри. Будет совсем погано, если по моей вине пожар

легкость и спокойствие. – Не хочешь выпить? – предложил я Хелен. – Если ты настаиваешь, то

лам. Завершив все дела в городище и оставив

городу, я отпустил людей на отдых, а тем, кому не куда было идти, поставил охранять корабли. Сам же посперуками Рознег. – Надыбал

него какие-то предположения насчет моей новой должности. Оставалось лишь ждать. Чтобы в голову не лезли глупые мысли

табурет, стоящий в паре метров от входа прямо посередине между дверью и столом. Мой конвоир подтолкнул меня к табурету и, когда я сел на него, встал у меня за спиной. – Ну и кто вы будете? – громко высморкавшись в широкий светлый платок, лениво спросил меня так и не представившийся полицейский