Дмитрий Дашко

ретные кнопки. Без нажатия на них дверца не откроется. Причём есть самые разные варианты расположения… Даже на типовых моделях, – не порадовал меня Холмс. – И вы знаете, где искать эти самые секретные кнопки? – Уже знаю, – успокоил меня он. – Да? Откуда? – Элементарно, Лестрейд… – Что-то в этой фразе показалось мне неправильным, ноно я прогнал это ощущение. – Как бы создатели этого механизма ни старались скрыть свои секреты, частое пользование

минутой больше, – предупредила

на цунами, она обрушилась на моё тело, едва не заставив завопить от неимоверной боли: меня словно обдало кипятком, кожа нагрелась так, что чуть не прожгла одежду, а потом, по контрасту, окатило ледяным душем. Сердце сначала бешено заколотилось, после сжалось и перестало биться, по нервам пробежал электрический импульс, я перестал управлять собой и задёргался как марионетка на верёвочках. Всё, что было дальше, превратилось в

небесное! Как брат-близнец, но, насколько мне известно, у Рассохина ни братьев, ни сестер

захлопал кто-то в ладоши. Этот кто-то подобрался

винтовки и жёлтые околыши фуражек

Лагерь представлял собой несколько кунгов,

склонен ему верить. – Мне об этом сказал Птахин.

– А ночью? – спросил я. – У нас есть сторож с ружьём. В здание

спросил Петр. Степановна махнула рукой. – Ить с вас много-то не возьмешь! Знаю я, какие у вас получки! Ты проходи, не стесняйся. Про деньги мы с тобой опосля договоримся