Дарья Эпштейн

разумеется. Тихо забрался на подоконник, спрятался за плотную штору и стал

помню эту дверь, это была дверь для слуг. – Теперь она для всех, – сказала Анна-Лиза и позвонила. Им пришлось подождать, пока Джон откроет дверь. Сквозь пуховик Ричард чувствовал, как дрожит Джейн, и уже жалел, что они уговорили ее на эту авантюру. Русалке было страшно.