Анастасия Иванова

приходит её отец: – Влюблённого идиота. Наличие ребёнка и женщины в комнате

каждую. Затем спускается к плечам.

Смотрю и всё равно не верю. Щипаю себя за руку. Боль чув

дизайне и интерьере. И дизайн нашей столовой признали лучшим решением года. В этой безупречной обстановке меня всегда утром ждёт муж. Конечно

фонарями. Точнее, я до сих пор нахожусь на сильных руках Краснова, а наши лица так близко друг к другу, что я чувствую его тёплое дыхание. – Ты очень красивая, Алис, – произносит в самые губы, прежде чем поцеловать, переступая ту невидимую черту, после которой между нами уже ничего не будет как прежде.

хорошо. Перехватываю её руку, сжимаю. Знаю, что делаю ей больно, но даже не думаю

Мне жаль подругу. Гадко, когда тебя используют. Ещё хуже, когда это делает родная мать.

можем второе платье для вас отложить, вдруг надумаете вернуться.

подростком, которому гормоны бьют в башку. Может всё дело в том, что у меня слишком давно не было секса. Ну как давно

Максимович никогда не был добрым и милым. Я знала, какие слухи ходят о нём. Видела, как его – молодого парня, только вступившего в бразды правления крупного холдинга, боятся взрослые дядьки. Но раньше я была уверена: мне ничего не грозит.