Kitobdan sitatalar «Кюхля»

«Странное дело, Кюхля не мог как следует рассердиться на Пушкина. Что бы «француз» ни сделал, Кюхля ему все прощал. Сердился, бесновал, но любил. Когда «француз» останавливался вдруг в углу зала и глаза его загорались, а толстые губы надувались и он мрачно смотрел в одну точку, - Вильгельм робко и с нежностью его обходил: он знал, что «француз» сочиняет».