«Герои» audiokitobidan iqtiboslar
Терпение есть столь же страшное оружие, как и свирепость. На деле — страшнее, потому как мало кто им обладает.
Когда каменщик возводит стену на склоне и она рушится, он едва ли вправе сетовать, что она простояла бы тысячу лет, если б ему для работы дали ровную землю. Так вот, на войне земля никогда не бывает ровной.
Власть - это дьявольское наваждение. Мираж. Чем ближе ты к нему, тем он дальше уходит. Столько требований к равновесию сил. Такое давление приходится выносить. Все последствия любого решения повисают на тебе таким бременем...
– Понимаю и скорблю, только вся беда в том, что калечить у меня получается несравненно лучше, чем лечить. Трагедия моей жизни. Но тем не менее неплохо делаю швы, знаю, как по Аломантре накладывать повязки с вороньим когтем, да еще могу напеть-нашептать заговор-другой…
– И как, помогает?
– То, как я их напеваю? Разве что отпугивать кошек.
Правда, она как соль. По крупице вроде приятно, а от пересола тошнит.
Так вот, иной раз мне кажется, что человек совершает великое зло очень быстро. Вжик клинком, и готово. В то время как добрые деяния требуют времени, а заодно и всевозможных, подчас крайне неудобных усилий. У большинства людей просто не хватает на них терпения.
Не запачкав рук, не выиграешь войны.
Пекарь делает хлеб, плотники – дома, а мы вот делаем покойников.
- Похоже, войны иногда приносят и что-то хорошее, - заметила мать.
- А по мне, так единственно хорошее - это приходить с них домой.
— Так вот, слушайте. Мне неохота вас здесь видеть, и вам неохота здесь быть…
— Мне охота здесь быть, — сказал Ледерлинген.
— Неужели?
— Я — доброволец. — В голосе отчётливая нить гордости.
— Доб… ро… волец? — Танни продирался сквозь слово, как если бы оно было иностранным. — Значит, они существуют. Смотри мне, чтоб пока ты здесь, никуда меня не отдоброволил.
