«Сердца трех» audiokitobidan iqtiboslar, sahifa 2

— Возможно, что вы и правы. Честь, как математика, имеет свои логические, объяснимые законы. Стало быть, для женщин не существует никаких нравственных правил, а только…

— Только настроение, — докончила за него Леонсия.

бывает плохого виски… Одна звездочка означает, что это виски очень хорошее; две звездочки – отличное; а три звездочки – великолепное, замечательное, лучше быть не может.

Он весьма заботился о своей фигуре и, слава богу, до самой смерти сохранил тонкую талию. В этом отношении он оставил нам хорошее наследство. А вот сокровища его мы, Морганы, так и не нашли; впрочем, тонкая талия, которую он нам завещал, дороже всех рубинов. Родовая черта, - говоря языком биологов, которому научили меня профессора.

Мы, корсары, не сдаем, Мы – спина к спине – у мачты, Против тысячи

Все женщины прекрасны… для мужчины. Они любили наших отцов; они произвели нас на свет; мы любим их; они производят на свет наших сыновей, чтобы те любили их дочерей и называли девушек прекрасными, – так всегда было и всегда будет, пока на земле существует человек и человеческая любовь.

Бог не любит смешения крови. Мула презирают на земле. Мир не предназначен для смешанной крови, но человек сам придумал очень многое. Смешение чистых рас дает нечистую расу. Никогда масло не смешается вполне с водой. Так как род порождает род, то только члены одного рода должны сочетаться друг с другом.

- Он говорит, что женщины - это зло, - перевёл его сын, как только жрец на минуту умолк. - Он говорит, что из-за женщин мужчины ссорятся, пускают в ход ножи и убивают друг друга. Где женщины - там беды и божий гнев. Они сводят с божьего пути и направляют человека к гибели. Он говорит, что женщина - извечный враг бога и мужчины. Она всегда стоит между мужчиной и богом. Он говорит, что женщина всегда заглушает поступь бога и мешает мужчине приблизиться к нему.

некоторое время девушка подняла мокрое от слез лицо и поцеловала Френсиса несколько раз, а он

кости назад. Часть их отлетала прочь, а часть – и притом большая – падала обратно на Торреса. Но он вошел уже в такой раж, что не замечал, сколь тщетны его усилия. Наконец, он расчистил всю

возражаете, не могли бы вы повторить все сначала, чтобы я мог взять это на вооружение и пустить в ход, когда мне потребуются крепкие