Катриона: Игрушка императора

— И как кесарь целуется?

— Триста лет опыта.

— Да, действительно…

— Слушай, Кат, — Динар облизнул губы, попытался отдышаться, потом как-то обиженно проговорил: — Мне казалось, что принцессам полагается быть целомудренными… и скромными.

— Рыжий, где ты видел скромных принцесс? — задала я вполне резонный вопрос.

— Ну не знаю… в сказках.

— О да, я бог, — кесарь усмехнулся, — я жестокий и кровавый бог Рассветного мира… Я зло…

— Всемирное, — почему-то добавила я. — А еще узурпатор. А еще…

— Достаточно! Жаль, лично я бы с удовольствием продолжила.

И вдруг кесарь с невероятной горечью в голосе произнес:

— Однажды я допустил роковую ошибку, позволив той, которую любил, строить козни за моей спиной. Я знал об этом, нежная моя. Знал со всей очевидностью! Но прощал ее глупую и столь наивную ложь, закрывал глаза на попытки предать и отвечал добром на ее неумелые старания по отправлению меня на смертный путь. Я просто любил Элиэ… любил настолько, что, выбирая между возможностью спастись и жизнью своей старательной убийцы, предпочел сохранить ее жизнь.

Я невольно посмотрела на кесаря. Оказывается, любимая женщина была в числе желавших его смерти. Неожиданно!

— Вторым был мой брат, — усмехнувшись, сообщил Араэден.

— А третьим? — почему-то спросила я.

— Ее любовник. Темный.

Светлый и темный… Забавно.

— Ну ты и… гадина.

— Любимая? — интересуюсь я.

— Да не особо, — коварный рыжий нахально улыбнулся.

— Гад! — начиная злиться, сказала я.

— Любимый? — тут же последовал вопрос.

— Да не особо!

Нахмурился, смотрит на меня недовольно, потом произносит, словно ни к кому не обращаясь:

— За что мне такое наказание?